Отшумел бешкунак, ураганной силы ветер, который без перерыва дул всю первую половину месяца. Плотные тучи пыли, серое, нависшее над пустыней небо и непрерывный завывающий гул угнетающе давили на психику, и что гораздо хуже — бешкунак не давал работать подъемным кранам, срывая тем самым и без того напряженный ход строительства. А времени до завершения стройки оставалось в обрез.
Правда, возведение монтажно-испытательного корпуса, старта и всего комплекса вспомогательных и обеспечивающих сооружений было завершено. Приступила к работе Государственная комиссия по приемке космодрома, однако дел по ликвидации «хвостов» и «хвостиков» оставалось еще много, и Шубников предпринял высокоорганизованный штурм. Строители и без того все эти два с лишним года работали не за страх, а за совесть, но этот последний месяц потребовал максимальной отдачи сил. Георгию Максимовичу по ночам не спалось, и память то и дело возвращала его в прошлое...
Шел январь 1955 года, когда Шубникова неожиданно вызвали в Москву, и его в тот же день принял член правительства. В просторном, строго обставленном кабинете находился еще один человек, который представился коротко:
— Сергей Павлович.
— Георгий Максимович,— ответил Шубников.
Когда все сели, член правительства начал без предисловий:
— Георгий Максимович, вы известны как опытный строитель, прекрасный организатор и волевой руководитель. К тому же у вас и ваших сотрудников есть опыт строительства в пустынях, а это крайне важно для успеха новой стройки, которую вам поручается возглавить.
— Какой стройки?..— настороженно спросил Шубников.
— Космодрома! — почти торжественно ответил член правительства. И, видя открытое недоумение на лице Шубникова, добавил: — Подробней вам об этом расскажет товарищ Королев,— кивок в сторону Сергея Павловича,— а я хочу обратить ваше внимание на особую, государственную важность этого задания...
Они говорили долго, очень долго, и Шубников все больше и больше понимал, какая тяжесть и ответственность взваливается на его плечи. Всегда уравновешенный и выдержанный, не теряющий самообладания в самых сложных ситуациях, он сейчас волновался, словно студент перед экзаменом. Необычность стройки радовала его и в то же время настораживала, жизненный опыт подсказывал, что сроки будут сжатые, условия строительства тяжелые, а проблем множество. Но полностью осознал полноту возложенной на него ответственности, когда о космодроме более подробно ему рассказывал главный инженер проекта Алексей Алексеевич Ниточкин.
Оказывается, на территории космодрома могли бы разместиться два-три небольших европейских государства. Состоит он из ряда самостоятельных комплексов, объединенных сетью автомобильных и железных дорог; стартовый комплекс предназначен для пусков ракет с космическими аппаратами; грандиозное стартовое сооружение в котловане объемом в миллион кубометров, подземный командный пункт, система заправки с хранилищем для горючего, компрессорная и ряд вспомогательных зданий; монтажно-испытательный корпус с комплексом вспомогательных сооружений — громадный сборочный цех машиностроительного завода; и наконец, город, в котором жить тем, кто будет работать на космодроме. Современный зеленый город в пустыне: с парками, бульварами, магазинами, гостиницами, театрами, лечебными учреждениями, школами, детсадами, столовыми, рестораном и многим, многим другим, без чего немыслим город...
И еще вспомнил он о заключительной беседе с членом правительства, когда тот сказал:
— Ну что же, Георгий Максимович! Теперь вы имеете полное представление о поставленной перед вами задаче. В ближайшие дни будут определены задачи министерств и организаций, участвующих в создании космодрома. И сроки, очень жесткие сроки! Так что прошу вас, как только прилетите домой, тут же начинайте готовиться к переезду. Что надо — звоните, поможем. Помните, на вас будет обращено особое внимание.
Это было в январе, а уже в мае того же года, вспомнил Георгий Максимович, над пустыней стояло плотное облако пыли. День и ночь не смолкал шум моторов, железный лязг и какой-то, не поддающийся расчленению, слитный гул от работы всей этой массы людей и машин.
На маленькую железнодорожную станцию ежедневно, ежечасно, один за другим, а то и одновременно прибывали поезда с материалами, машинами и оборудованием, необходимыми для строительства космодрома. Полным ходом строилась промбаза — комплекс цехов и полигонов, механизированных установок и автоматизированных бетонно-растворных узлов, для того чтобы обеспечить стройку бетоном и железобетоном, арматурой и раствором, окнами, дверями, половыми досками, опалубкой, перегородками, металлическими поковками, слесарными изделиями и многим другим. И все это оказывалось необходимым в первую очередь потому, что кругом на сотни километров распростерлась пустыня.
