О Творце, благословенно Его Имя.
О положении человека в этом мире.
О частях творения и их состояниях.
Общее описание провидения Творца.
События, происходящие с людьми в этом мире.
О душе человека, о духе святости и пророчестве и о сверхъестественных действиях.
О душе человека и ее действиях.
О действиях с помощью имен и о колдовстве.
О духе святости и пророчестве.
О разнице между всеми пророками и Моше-рабейну, мир ему.
О любви к Б-гу и о страхе перед Ним.
О чтении Шма и его благословений.
О заповедях, связанных с определенным временем.
О служении, зависящем от обстоятельств, и о благословениях.
Хотя наше издательство специализируется по выпуску литературы по иудаизму на русском языке, хотя за последние годы мы выпустили десятки больших и малых, простых и сложных книг на эту тему, хотя в мире накоплен уже существенный опыт по переводу терминов и понятий иудаизма на другие языки, все же мы испытываем немалый трепет, предлагая вам, дорогие читатели, книгу Рамхаля (раби Моше Хаима Луцатто /1707—1747/) «Путь Творца».
Прежде всего, этот трепет вызван сознанием огромной важности книги: по мнению выдающихся еврейских мудрецов эта книга Рамхаля является единственной классической книгой, назначение которой не отбивать нападки еретиков и других врагов еврейства, но последовательно и систематически изложить все основные положения еврейского мировоззрения.
Второе обстоятельство, повышающее ответственность издателей — сжатость и точность языка и формулировок Рамхаля. Великий Виленский Гаон сказал о другой книге Рамхаля «Путь праведных», что до главы 18 в ней нет ни одного лишнего слова, и это высказывание в большой мере можно отнести ко всем произведениям Рамхаля. Значит тот, кто по небрежности удаляет или прибавляет слово, «грозит разрушить целые миры», то есть, может придать словам автора совершенно иное значение.
Поэтому мы с предельной тщательностью подходили ко всем стадиям подготовки книги: книга переводилась с особым трепетом, редактировалась самым внимательным образом, не раз просматривалась компетентным консультантом, равом Хаимом Верцманом, снова и снова перечитывалась всеми участниками подготовительной работы. Для обеспечения связности и читабельности русского текста мы вводили в перевод поясняющие слова. Эти слова заключены в скобки.
Судить же о том, достигнута ли поставленная цель: сделать так, чтобы Рамхаль «заговорил» на правильном русском языке и, в то же время, сохранить точность и лапидарность его формулировок, мы предоставляем вам, дорогие читатели.
Нам представляется крайне важным подчеркнуть еще одно обстоятельство. Книга, к чтению которой вы сейчас приступите, есть не сочинение по еврейской философии, но произведение Устной Торы. Разница между двумя этими явлениями огромна и принципиальна. Источник философских идей — человеческий разум, исследующий и анализирующий явления с целью понять их истинную природу. В философии разум — высший судия. Источник же мыслей Торы — Б-жественное Откровение. Назначение человеческого разума состоит в осмыслении Откровения, выводе из него практических указаний: как жить человеку на земле в соответствии с волей Всевышнего. Рамхаль и другие еврейские мудрецы не придумали и не изобрели мысли, содержащиеся в написанных ими книгах. Они «лишь» придали умопостигаемую форму той мудрости, которую в сжатом виде еврейский народ получил на Синае во время дарования Торы. Величие мудреца не в том, что он придумывает идеи и концепции, которые становятся частью народного самосознания, но в том, что он раскрывает своему и последующим поколениям знание, которое уже содержится в идущей от Синая Традиции.
Тот, кто примет такой подход, обогатит себя несравненно, ибо знание — у смиренных.
Преимущество знания явлений в совокупности их частей, согласно их разделению и порядку отношения между ними, над знанием о них без различения, подобно преимуществу созерцания сада, великолепного своими клумбами и украшенного дорожками и рядами насаждений, над созерцанием зарослей кустов и дикорастущей лесной чащи. Ибо, действительно, для разума, желающего познания, картина многих частей, связь которых и истинная ступень каждой из них в общем здании неизвестна, есть не что иное, как нежеланная тягостная ноша, над которой он будет трудиться, прилагать усилия, ослабнет и устанет — и все без удовлетворения.
Ибо каждая из частей, чья картина дойдет до него, обязательно возбудит в нем стремление дойти в познании этой части до конца, но это не удастся ему, поскольку от него скрыто знание явления в его полноте. Ведь значительная часть явления — в его отношениях с (другими) соотносимыми (явлениями) и в его точном уровне в общем (явлении), а это скрыто от него. И получается, что он не может удовлетворить свое стремление к знанию, которое утруждает его; страсть причиняет ему боль — и нет покоя.
Не таков познающий явление во всей полноте. Поскольку объект воочию открывается ему таким, какой он есть, он пойдет и уразумеет (любую часть), к какой ни обратится, и будет наслаждаться и развлекаться красотой плода своего труда.
Основное, что человек должен различить в явлении, — это его истинная ступень, как мы упомянули. Ибо, когда мы произведем различение всего существующего, чувственного и рационального, — всего, чей образ может быть нарисован в нашем сознании, мы найдем, что не все явления относятся к одному виду и занимают одну ступень, но относятся к разным категориям с переменными уровнями. И в каждом виде свои уставы и законы.
И это одна из тех вещей, которые вынуждают нас различать между явлениями в нашем сознании, чтобы постигнуть их истинную суть, каждого — согласно его закону. Однако, у каждого вида и уровня есть один исток, и именно это следует различить в явлении: узнать, к какому истоку оно относится. Эти истоки: целое и часть, общее и частное, причина и следствие, само явление и то, что к нему присоединяется. В первую очередь об явлении необходимо знать, есть ли оно целое или часть, общее или частное, причина или следствие, основное или присоединяющееся.