Телефонный звонок, которого Лидия Хартман ждала весь день, настиг ее, когда она уже покидала офис. Задержавшись в дверях, она видела, как босс снял трубку:
— Страховая контора, Тримэйн слушает.
Затем он энергично закивал в ее сторону. Подбежав к телефону, она выхватила трубку из его рук и выпалила:
— Миссис Хартман у телефона.
— Это Джулиус, — произнес низкий мужской голос. — Я звоню из Буффало.
— Буффало! — воскликнула она.
— Ты сама сказала, чтобы я был с ним всюду, куда бы он ни направился, — проговорил несколько обиженно Джулиус Вейганд. — Когда он сел в автобус, идущий до Буффало, я помчался на машине и уже был там к его приезду.
Лидия мельком взглянула на босса, который снимал шляпу с вешалки, и тихо спросила Джулиуса:
— Он знает, что ты следишь за ним?
— Нет, он не видел меня. Я как частный сыщик следую за ним из города в город.
Одевшись, мистер Тримэйн попрощался и попросил запереть дверь, когда Лидия будет уходить. Прикрыв трубку рукой, она пожелала ему спокойной ночи и обещала все сделать как надо. Когда дверь за боссом закрылась, Лидия спросила:
— С ним все в порядке?
— Конечно, все в полном порядке, — ответил Вейганд с иронией. — Он зарегистрировался в отеле «Редмилл» и после полудня уже осушил две пинты виски. Я же говорил тебе, что у него нет других планов, кроме как напиться.
— Боже мой! Если он напьется — может натворить все что угодно. Я еду туда.
— Я предполагал, что ты захочешь приехать, и посмотрел расписание. Ближайший поезд отходит в шесть часов из Рочестера, а в семь тридцать будет уже здесь. Автобус отправляется не раньше восьми.
— Хорошо, я поеду на поезде.
— И что же ты собираешься предпринять? — спросил он.
— Я помогу ему, не дам совершить что-нибудь ужасное.
— Например, самоубийство, да? Пьяные не кончают жизнь самоубийством.
— Вряд ли он пьяный, — сказала Лидия резко. — Ты не можешь осуждать Джима за его поведение после того, как он потерял все, что имел.
— Его потери — и мои потери тоже. Не забывай, я был его компаньоном, — сухо проговорил Вейганд.
— Я знаю, — сказала она с ноткой раскаяния. — Ты мог бы привлечь его к суду.
— Я не стал этого делать из-за тебя, Лидия. Только ради тебя. Ты знаешь, как я к тебе отношусь.
— Не хочу слышать об этом, пока я замужем за Джимом! — воскликнула Лидия. — Я не могу его оставить одного теперь, когда он нуждается во мне больше, чем когда-либо.
— Звучит так, как будто ты все-таки собираешься его оставить, когда у него все образуется. Это первый реальный шанс, который я получил от тебя, — заметил Вейганд.
— Встречай меня на станции в семь тридцать, — закончила она и повесила трубку.
Когда Лидия Хартман сошла с поезда в Буффало, Джулиус Вейганд ждал ее. Платформа представляла собой наклонную плоскость, и он стоял наверху, высокий, стройный и красивый. Лидии пришло в голову, что месяц назад ее сердце отчаянно бы забилось. Но тогда он был преуспевающим бизнесменом, теперь же — банкротом. Она могла бы себе позволить поменять одного удачливого дельца на другого, но менять банкрота на банкрота… В тридцать два года женщине пора быть практичной.
Он стоял и, улыбаясь, смотрел на нее, медленно поднимавшуюся навстречу по платформе, и откровенно любовался плавными очертаниями ее тела. Лидия подошла, остановилась и потрепала его белокурую шевелюру:
— Ты не должен так на меня смотреть.
— А ты не должна быть такой прелестной, — парировал он, отобрал ее дорожную сумку и, взяв под руку, повел к выходу.
Его машина находилась на стоянке всего в нескольких ярдах от выхода. Положив сумку в багажник, он открыл ей дверцу, обошел машину и сел за руль. Не включая зажигания, Джулиус спросил:
— Ну, теперь, когда ты здесь, что ты собираешься предпринять?
— Я хочу поговорить с ним. Если он не поедет домой, я останусь здесь.
— И будешь наблюдать, как он напивается до чертиков? Он может пробыть здесь неделю.
— Тогда и я пробуду неделю.
— Ты потеряешь работу.
— Я позвоню утром мистеру Тримэйну и все объясню.
— Но ты же там работаешь всего три недели, Лидия. Даже все понимающий босс не даст тебе свободную неделю теперь.
— Ты забываешь, я не новый работник. Я отработала в этой конторе пять лет, когда Джим только начинал свое дело, — ответила Лидия.
— Но после этого ты пять лет не работала.
— Очевидно, меня там не забыли, раз приняли обратно на должность старшего клерка.
— Да, это также подействовало на Джима психологически: ты вернулась на службу как раз в тот момент, когда он вылетел из бизнеса.
— Вылетел?
— А как еще прикажешь расценивать растрату? Не знаю, как это можно назвать по-другому… Почему ты не оставишь его вариться в собственном соку? Месяц назад мы уже обсуждали это.
— Месяц назад он еще держался и не падал так низко. Я не оставлю его сейчас.
— Твоя проклятая преданность! — раздраженно воскликнул он. — Ты никогда не поставишь его на ноги, даже если будешь все время с ним. Он конченый человек.
— Итак, ты желаешь, чтобы я оставила его ради тебя? — спросила она саркастически. — Ты такой же банкрот, как он.
— Да, но я не сам обанкротился, со временем я вернусь в строй, Джим — никогда. Даже если ты ухитришься помочь ему, он растратит все во второй раз. Он слабый человек, Лидия.
— Возможно, но он мой муж. И в данный момент для меня ты не лучшая перспектива, чем он. Я не думаю, что ты более практичный человек, Джулиус. Даже если я разойдусь с Джимом, ты не кандидат на его место.
Он посмотрел на нее с удивлением:
— Ты это серьезно?
— Совершенно, — уверила она его. — Может быть, десять лет назад я использовала бы шанс, но факт есть факт: я — с Джимом. Что касается тебя, то тебе нужен помощник в борьбе. Но я уже прошла через все это однажды. Теперь мне тридцать два, а тебе около сорока. Я больше не интересуюсь финансовой борьбой, я устала и не хочу прыгать из огня да в полымя. Мой будущий муж, если таковой будет, должен быть состоятельным человеком, твердо стоящим на ногах. Только тогда я свяжу себя клятвой.
— Ты рассуждаешь неразумно, — сказал он ворчливо. — С Джимом тебе пришлось много крутиться. Если бы ты была со мной, ты не устала бы.
— Но я замужем за Джимом. Давай поедем туда, где он остановился.
Молча он завел машину и выехал со стоянки. Отель «Редмилл» располагался на темной Перл-стрит, которая едва ли была лучшей частью города. Однако Джулиус Вейганд заверил Лидию, что это вполне приличная гостиница второго класса. Когда они приехали на место, она, оставив сумку в багажнике, прошла вперед. Здание внутри было такое же древнее, как и снаружи. Мебель и ковер — все было изношенным, но казалось довольно чистеньким. Два старичка сидели в холле и читали газеты, за конторкой стоял пожилой лысый мужчина. Подойдя к нему, Вейганд спросил:
— Он все еще набирается в номере?
Дежурный лишь кивнул. Вейганд повел Лидию к лифту.
— Я сунул ему десять долларов, чтобы он присматривал за Джимом, а то как бы я узнал, сколько виски он заглотнул, — объяснил Джулиус.
— Я оплачу все расходы, — сухо ответила она.
— Не глупи — что значат для меня несколько долларов. У меня достаточно денег, а ты лишилась пятидесяти тысяч.
Они поднялись на седьмой этаж. Пройдя по коридору и завернув за угол, Вейганд с Лидией подошли к 714-му номеру.
— Ну, он здесь, — прошептал Джулиус.
Над дверью была фрамуга со стеклами, выкрашенными в белый цвет. Она была чуть-чуть приоткрыта вверху, достаточно для того, чтобы увидеть горящий в комнате свет. Лидия робко постучала в дверь. В ответ молчание. Тогда она постучала сильнее. Подождав еще немного, Вейганд начал колотить кулаками. Напротив открылась дверь и выглянул пожилой мужчина. Посмотрел, снова захлопнул дверь.
— Он, наверно, спит, — предположила Лидия.
— Более вероятно, что он надрался, — ответил Джулиус. — Схожу вниз и попрошу у портье запасной ключ.
Вейганд ушел, а Лидия осталась ждать. Через несколько минут он вернулся вместе с дежурным.
— Лидия, это мистер Симмз. Я объяснил ему, что ты жена Джима миссис Хартман.
— Рад вас видеть, миссис Хартман, — с подозрением глядя на Лидию, сказал Симмз. — Надеюсь, вы не собираетесь устраивать тут беспорядок.
— Я только беспокоюсь, что с моим мужем, — ответила Лидия. — Мы с мужем не ссорились, и я не собираюсь тут устраивать никаких сцен, если это вас интересует. Он будет рад увидеть меня.
— Хорошо, тогда все в порядке, — без энтузиазма в голосе ответил Симмз.
Он вставил ключ, повернул его и толкнул дверь. Но ничего не произошло: дверь не открывалась;
— Он закрыл ее на задвижку, — сказал Симмз и заколотил в дверь руками.
Несколько дверей по коридору приоткрылись, стали выглядывать любопытные жильцы. Симмз объяснил, что они никак не разбудят одного парня, и извинился за шум. Двери снова захлопнулись, а они стояли втроем у 714-го номера и внимательно прислушивались — не раздастся ли там какой шум, но в номере по-прежнему было тихо.
Лидия сказала обеспокоенно:
— Джим обычно храпит во сне, когда выпьет.
Симмз заволновался и еще раз попробовал открыть дверь ключом, но результат был тот же.
— Есть здесь пожарная лестница? — спросила Лидия.
Симмз покачал головой и показал на запасный выход в конце коридора:
— Только такая. На каждом этаже. Возможно, мы сумеем что-нибудь увидеть через фрамугу. Я пойду принесу стремянку.
Он вернулся минут через десять, неся шестифутовую лестницу и маленькую отвертку. Поставив лестницу у двери, Симмз сказал:
— Она коротковата, и мы ничего не увидим с нее, но я взял отвертку. Можно попробовать отвинтить боковую пластинку, которая держит фрамугу, и тогда она откроется.
Он поднялся на последнюю ступеньку и попытался заглянуть в комнату через отверстие, образуемое полуоткрытой фрамугой.
— Ни черта не вижу, кроме потолка, — объявил он. Держа отвертку, он попробовал правой рукой подлезть к пластинке. Пробовал и так и эдак, затем плюнул и спустился вниз.
— У меня слишком толстая рука, она не пролазит в щель. Может, вы попробуете, леди?
— Ладно, — сказала Лидия спокойным голосом.
Взяв отвертку в левую руку, она поднялась по лестнице, правой рукой пролезла в узкое отверстие и нащупала пластину, которая держала фрамугу и не давала ей открываться. У Лидии была маленькая, изящная ручка, которая довольно легко двигалась там. Лидии не видно было пластину, но пальцы сами нашли два винта, которыми она крепилась. Вытащив руку, Лидия взяла отвертку и полезла снова. Приходилось все делать вслепую. На ощупь она нашла винт, на ощупь вставила отвертку в прорезь и, наконец, отвернула его. Это был первый, нижний винт. Оставался еще один, верхний. Симмз забрал у нее винт и посоветовал:
— Держите фрамугу одной рукой, иначе она шлепнется, когда открутите второй винт, и стекло разобьется.
Лидия так и сделала: нашла винт, вставила в него отвертку, а левой рукой придержала фрамугу. Отвинтив его, она почувствовала, что фрамуга освободилась. Лидия осторожно опустила ее, и та, качнувшись, повисла вертикально вдоль двери. Она заглянула в образовавшееся отверстие, увидела неподвижную фигуру, лежащую на кровати, и в изумлении застыла.
— Ну, что там? — спросил Джулиус.
Его вопрос расшевелил Лидию. Сняв туфли и бросив их на пол, она схватилась обеими руками за край отверстия и, перекинув ноги вовнутрь, уселась в проеме. Глядя на нее снизу, Вейганд спросил:
— И что ты собираешься делать?
— Собираюсь открыть дверь, — сказала она тихо.
Перевернувшись на живот, она скользнула вниз. Подбежала к кровати, склонилась над ней. Сгорая от нетерпения в коридоре, Вейганд решил проникнуть в комнату таким же путем. В тот момент, когда его лицо показалось в проеме, Лидия как раз шагнула в направлении двери.
— Что там? — спросил он в растерянности, когда увидел ее оцепеневшее лицо.
Он не мог как следует видеть лежащего на кровати — Лидия загораживала его собою. Не отвечая Вейганду, она подошла к двери и отодвинула задвижку. Вейганд спустился с лестницы и вслед за лысым Симмзом вошел в комнату. Лидия вышла в коридор, надела туфли и, прижавшись к стене, закрыла глаза. В комнате двое мужчин изумленно таращили глаза на фигуру, распростертую на кровати. Это был человек лет тридцати пяти, хорошо сохранившийся, но начинающий полнеть. На нем ничего не было, кроме брюк и носков. Туфли валялись в углу, остальные вещи были брошены на стул. Рядом с ним на кровати лежала пустая бутылка, другая, такая же стояла неподалеку на полу. Его руки были скрещены на животе, чуть ниже тонкого кровавого следа раны на левой стороне груди — так, будто он пытался дотянуться до раны, но ему не хватило сил так высоко поднять их.
