ЭЭЭЭЙ — ВОТ они!
ЭЭЭЭЙ — ВОТ они!
ДВЕЕЕЕЕЕ ТОЧКИ!
Корки Коркоран рассмеялась, хлопнув в ладоши. Ее подруги Кимми Басс и Ханна Майлс собрались было уходить, но она сказала:
— Давайте повторим еще раз.
Они стояли посреди пустой парковки, невдалеке от заснеженной машины Кимми, и от нечего делать начали дурачиться. Кимми запустила в Ханну снежком, однако та успела увернуться, и он врезался в дерево.
Но теперь, подчинившись Корки, они положили руки друг другу на плечи и начали скандировать речовку, которую недавно репетировали в спортзале:
— ЭЭЭЭЙ — вот они!
ЭЭЭЭЙ — вот они!
ДВЕЕЕЕЕЕ точки!
Ханна высвободилась и эффектно подпрыгнула. Ее алый шарф затрепетал на ветру.
— Тоже мне артистка! — крикнула Кимми, зардевшись сильнее обычного.
Ханна засмеялась и тоже метнула в нее снежок. Все трое снова принялись за речовку:
— Куда мы целимся?
ТЕБЕ В ЛИЦО!
Куда мы попадем?
ТЕБЕ В ЛИЦО!
Тигры, бейте их!
Бейте всех!
Девочки подпрыгивали и кружились на пустой стоянке. У них за спиной ветер швырял снег в кирпичное здание школы.
Увидев еще двух участниц группы поддержки, Дебру Керн и Хитер Дийль, Корки помахала им рукой. Они только что выбрались из спортзала и направлялись к машине Хитер, стоявшей в дальнем конце парковки.
— До завтра! — крикнула Корки им вслед.
Дебра что-то ответила, но ветер унес ее слова.
Корки прикрыла свои светлые волосы капюшоном и повернулась к подругам.
— Мы тренируемся с тех пор, как закончились занятия, — сказала она. — Может быть, хватит?
— Надо бы согреться, — заметила Ханна.
— Полезайте в машину, — предложила Кимми, натягивая шерстяную шапочку. — Вот только еще бы завести ее.
Корки поскользнулась, но Кимми вовремя подхватила ее и сказала:
— Смотри не сломай ногу. Хотя бы до ближайшего выступления.
— Постараюсь, — ответила Корки сухо и уставилась в темное ночное небо. Уже третий день валил снег, а тяжелые тучи и не думали иссякать.
Ханна проскользнула на переднее сиденье, а Корки сперва забросила сумку на заднее, потом забралась сама и поспешно захлопнула дверцу.
— Да здесь еще холоднее! — заявила она и стала дышать на окно.
— Сейчас включу обогрев, — пообещала Кимми, садясь за руль. В перчатках ей удалось повернуть ключ зажигания лишь с третьей попытки.
Наконец, тронувшись с места, она радостно вскрикнула. Машина медленно двинулась сквозь заносы на дороге.
Ханна включила радио.
— Мне нравится эта песня, — она прибавила громкость. Потом сняла шапку и распустила по плечам свои прямые черные волосы.
— Пристегнись, — посоветовала Кимми.
— На фига? — беспечно ответила Ханна, раскачиваясь в такт музыке. — До дома всего десять минут.
— Не видишь, как обледенела дорога? — возразила Кимми, навалившись на руль, чтобы лучше разглядеть путь. — Помнишь, показывали, как манекены расплющивались о лобовое стекло?
— Я просто обожаю такие передачи! — рассмеялась Ханна. — Какая ты трусиха, Кимми!
— Ну, как знаешь, — пробурчала та и сосредоточилась на дороге.
Корки развалилась на сиденье, засунув руки в карманы. Кругом тянулись серые дома, будто бы кто-то стер все краски.
«Наверное, Рождество будет снежным», — подумала она.
— Правда, здорово потренировались, — нарушила ход ее мыслей Кимми. — Кажется, теперь мы по-настоящему сплотились. Наконец-то!
— Новые речовки такие классные, — поддержала подругу Ханна. — Если Наоми снова не посеет свои контактные линзы, то нам удастся и пирамиду довести до ума.
— Оставь ее в покое, — произнесла Корки резко.
Наоми Кляйн появилась в команде вместо Рони Митчел, которая перешла в другую школу. Новенькая была очень красивой и талантливой, ей всегда приходили в голову дельные мысли.
Сейчас она встала у Корки перед глазами, такая симпатичная и задорная. Ее рыжие волосы развевались во все стороны, когда она подпрыгивала. Наоми была хорошей гимнасткой, и она принесла в их команду новый заряд энергии.
— Что же, она будет терять свои линзы каждый день? — В голосе Ханны послышалось неудовольствие. — Приклеила бы их, что ли.
Кимми рассмеялась.
Стало ясно, что Ханна жутко завидует. Еще бы — раньше она блистала в команде, а теперь новенькая затмила ее.
— Наоми здорово придумала с огненным жезлом, — заметила Кимми, притормаживая на скользком шоссе. — Только мисс Клостер не даст ей развернуться.
Мисс Клостер была новой тренершей, появившейся вместо мисс Грин.
— С чего бы это не дать? — удивилась Корки.
— С того, что Наоми превосходит даже ее.
— Какая клевая песня, — в это время сказала Ханна, прибавляя звук. — А слышали концертную версию? Она еще круче!
Сквозь заиндевевшее стекло Корки увидела красный сигнал светофора. Кимми остановила машину, вывернув руль, а покрышки заскользили влево.
— И почему только дорогу не посыпают солью? — вздохнула она.
— Ты встречалась с Алексом после баскетбола в пятницу? — спросила Ханна, обернувшись назад.
— Ага, — ответила Корки.
— Дурацкий вопрос, — пробурчала Кимми. — Чем же ей еще заниматься?
Корки покраснела. Она встречалась с Алексом около месяца, но до сих пор стеснялась говорить об этом с подругами.
«Да я и не встречаюсь с ним по-настоящему, — подумала Корки. — Мы просто провели вместе несколько выходных».
Алекс был популярен в шейдисайдской школе. И даже слишком. В субботу Корки застала его увивающимся за Диной Мартинсон. Еще неделей раньше Кимми доложила, что видела машину Алекса у дверей дома Дженни Симпсон.
— Я просто помогал ей заниматься английским, — объяснил парень тот случай и невинно взглянул на Корки своими синими глазами. — Ты что, ревнуешь?
— Вот еще! — Девушка так пихнула его, что он повалился в сугроб.
Но уже через мгновение они вместе барахтались в снегу, весело смеясь. Она понимала, что сердиться на него бесполезно. Слишком уж он красив — великолепные светлые волосы и темно-синие глаза, в которых проскакивают искорки. А еще Алекс обладал умом и был лучшим игроком в баскетбольной команде. Именно благодаря ему команда выиграла чемпионат штата. И… И…
— Ой! — крикнула вдруг Кимми.
Машина заскользила и чуть было не врезалась в дорожное ограждение, пропуская какой-то фургон.
— Видали, как несется? — Кимми поглядела ему вслед. — Просто псих! Всю улицу пролетел, как по льду проскользил!
— Пожалуй, я поеду к Корки. Только что вспомнила: у меня же дома никого нет. Родители ушли на какой-то праздник, — сообщила Ханна и снова обернулась к Корки: — Что твоя мама приготовила на ужин?
— Не знаю, — рассмеялась Корки. — Ловко ты сама себя пригласила!
— Ага, спасибо, я принимаю твое приглашение!
— Значит, ехать к тебе, Корки? — спросила Кимми. — Ханна, да убавь же громкость, мне ничего не слышно!
— Что? Я тебя не слышу, — пошутила та.
Она наклонилась, чтобы повернуть ручку громкости, и тут Кимми испуганно вскрикнула.
Машину сильно тряхнуло.
— Кимми, что случилось?! — закричала Ханна.
Машину неудержимо несло вперед.
— Тормоза! — заорала Кимми.
Но было уже поздно.
Стремительно приблизился ствол дерева, загородивший лобовое стекло.
Корки бросило назад, потом вперед.
Все произошло в одно мгновение. Все заглушил скрежет металла.
Корки увидела, как Ханна полетела вперед.
Ее голова ударилась о лобовое стекло с ужасающим треском.
Стекло разлетелось на тысячи мелких осколков. Машину подбросило.
Кимми тяжело ударилась о руль и прошептала только:
— Нет… нет… нет…
А Корки уставилась на Ханну. Или на тело Ханны, лежавшее на капоте. Ее ноги зацепились за приборную доску…
— Зло вернулось, — пробормотала Кимми, зажмурившись.
— Кимми… нет! — прошептала Корки, тяжело сглотнув.
Мимо прошли двое медиков в зеленых халатах. Флуоресцентные лампы делали их лица желтыми.
В приемном покое было жарко, но Корки не хотела снимать куртку. Она сидела на виниловой кушетке рядом с Кимми, напрягаясь каждый раз, когда появлялся кто-то из персонала.
— Я почувствовала это в машине, — продолжала Кимми. Ее лицо побледнело, подбородок дрожал. — Я всегда чувствую зло.
— Кимми, прекрати, — попросила Корки, взяв ее за рукав свитера. — У машины просто отказали тормоза, вот и все.
— Нет, это было зло, — всхлипнула Кимми.
К ним приблизился старик в инвалидном кресле. Внимательно посмотрел на нее и продолжил путь.
— Кимми, пойми — тормоза замерзли! И ничего больше, — настаивала Корки. — Ты ни в чем не виновата. Давай молиться, чтобы с Ханной все было нормально.
Кимми опустила глаза к полу. Темные волосы упали ей на лицо, но она даже не заметила этого. Потерла грудь, ушибленную рулем. Боль все не проходила, хотя доктор сказал, что все ребра целы.
— Зло… — прошептала Кимми.
— Зла больше нет, — возразила Корки резко. — Мы утопили его в реке, разве не помнишь? Сейчас оно подо льдом. Похоронено на дне замерзшей реки.
Но Кимми не ответила.
— Нельзя же во всех несчастьях обвинять злого духа, — продолжала подруга. — Что поделаешь, горе порою случается… Не забывай об этом.
Эти слова зазвенели эхом в ее собственных ушах. Ведь она чувствовала то же самое, но не хотела признаться. Даже пока не случилось беды, ее мучил вопрос, не вернется ли снова злой дух.
Корки не могла его забыть и понимала, что будет вспоминать о нем каждый день на протяжении всей оставшейся жизни.
Сейчас память воскресила прежнего капитана группы поддержки, Дженнифер Дели, погибшую во время аварии школьного автобуса возле кладбища. Ее тело приземлилось на могилу и пробудило покоившегося там на протяжении сотни лет злого духа. Он словно оживил мертвую девушку, как будто вселившись в нее.
Передвигаясь с помощью тела Дженнифер, дух начал творить зло. Сперва убил Бобби, сестру Корки, а после и многих других.
Корки стоило немалого труда похоронить Дженнифер и победить злого духа. Но оказалось, что он вселился в Кимми. А потом и в саму Корки. Он все время заставлял их творить ужасные вещи.
«И все-таки я его утопила, — подумала блондинка с содроганием. — Я освободилась от него. Я утопила зло, потому что это был единственный способ покончить с ним. Но хотя мое тело избавилось от него, мне не изгнать его из своей памяти. Эти жуткие воспоминания всегда со мной. И постоянный страх тоже. Страх того, что зло вновь вернется, снова завладеет моим сознанием и опять заставит совершать нечто ужасное».
Она повернулась к подруге. Та сидела, поплотнее запахнув куртку. На глазах у нее выступили слезы, а лицо сделалось пунцовым.
— Кимми… Ханна поправится, — тихо сказала Корки, — только надо верить в это. Ее родители с ней, наверху. Сейчас они спустятся к нам и скажут, что все нормально.
Брюнетка запахнула куртку еще плотнее и уставилась прямо перед собой. Она как будто не слышала Корки.
«Хорошо, что родители Кимми сейчас приедут, — подумала Корки, взяв ее за руку. — Кажется, у нее шок или еще что-то».
— Дебра считает, что зло вернется, — пробормотала Кимми, и по ее лицу побежала одинокая слеза. — Она собаку съела в этих вопросах.
— Но только всегда ошибается, — ответила подруга резко. — Кстати, через несколько дней после того, как мы с ней познакомились, я увидела, что она безуспешно пытается наложить на свою собаку сонные чары.
Но Кимми даже не улыбнулась этой шутке.
— Все равно Дебра насобачилась в таких вещах, — сказала она неживым голосом.
— Зря ты все время торчишь у нее, — продолжала Корки. — Читаешь все эти пыльные, старые книги, изучаешь странные вещи. Если Дебре что-то взбрело в голову, это еще не значит…
— Я заразилась от нее, — призналась Кимми. — Да и как не поверить во всякую чертовщину после того, что с нами произошло?
Ее голос сорвался. Подняв глаза, Корки увидела приближающихся родителей Ханны. У матери были такие же, как у дочери, темные волосы и глаза. Она крепко держала мужа за руку. Тот был маленьким и полным. Его глаза покраснели.
Корки тут же кинулась им навстречу:
— Ну как Ханна? Она поправится?
Миссис Майлс лишь громко всхлипнула.
Врагов победите,
На пол валите!
Врагов победите,
На пол валите!
ТИГРЫ, вперед!
Корки начала выполнять фигуру орла, которой заканчивалось выступление. Прыгнула вниз, ожидая, что ее подхватят. Но Дебра замешкалась, и Корки, увидев это, приземлилась на землю, не закончив номер.
После аварии занятия на время прекратились. И даже теперь, через два дня, всем было не по себе. Недавно Корки и Кимми вместе стали капитанами, но теперь это их совсем не радовало.
Мисс Клостер дунула в свисток, и по залу пробежал ропот.
— Отработать крик! — приказала она. — Просто крик!
Тренер была худой, как карандаш. На вид Корки давала ей тридцать-тридцать пять лет. Она всегда носила длинную белую тенниску, достававшую почти до колен, и серые леггинсы. У нее было плоское лицо и серые, почти всегда несчастные глаза. Каштановые волосы покрывала золотистая кепка с надписью «Нотр-Дам».
— Вы сегодня все будто раненые, — сказала мисс Клостер, оставив в покое свисток.
— Попробуем еще раз! — крикнула Кимми. Ее лицо порозовело. На нем выступил пот, хотя тренировка еще только началась. — Давайте крикнем как следует!
Она понимала, что должна подбадривать других, когда у них кончаются силы. Но сегодня они, кажется, совсем уже иссякли.
— Послушайте, девочки, — мисс Клостер откашлялась. — Это наша первая тренировка без Ханны.
Нам всем ее не хватает, верно? Всем не по себе оттого, что она в больнице, правда?
— Я говорила с ее мамой сегодня до занятий, — сообщила Корки.
— И что она сказала? — спросила мисс Клостер, уперев руки в бока. — Как себя чувствует Ханна?
— Все стабильно, — ответила Корки. И добавила: — Что бы это значило?
— По-моему, это значит, что удалось остановить внутреннее кровотечение, — предположила мисс Клостер.
— Доктор утверждает: положение стабильно, — повторила, пожав плечами, Корки.
— Мама Ханны говорит, что у дочки все лицо изрезано. Придется накладывать много швов. А еще у нее сломана ключица. Но она должна выкарабкаться.
Дебра громко вздохнула. Наоми и Хитер покачали головами.
— Могло быть и хуже, — пробормотала мисс Клостер, теребя шнурок, на котором висел свисток. — Ханна еще легко отделалась. А то могла бы сломать позвоночник.
— Да, легко отделалась, — произнесла Дебра печально.
— Будем надеяться, что все это не слишком трагично. Но нам не следует забывать о предстоящем выступлении. Надо как-то справляться без Ханны, хотя, может быть, мои слова кажутся не очень тактичными, — сказала Кимми, обращаясь сразу ко всем.
— Значит, кто-то должен Ханну подменить, — согласилась мисс Клостер. — Если вы знаете, что кто-то интересуется…
— Но ведь осталось всего две недели! — возразила Хитер. — Разве новичок успеет все освоить?
— Придется больше тренироваться. — Мисс Клостер повернула свою кепку. — Усиленно тренироваться! Ладно, стройтесь. Повторим все сначала. На этот раз продемонстрируйте ярость. И почувствуйте себя легкими. Легкими, как перышки.
Наоми громко чихнула, почесала нос и сообщила:
— У меня аллергия на перья.
Девчонки рассмеялись. Корки тоже вымученно хохотнула. Ей было совсем не до смеха и не до тренировки — все мысли крутились вокруг раненой подруги.
«Мисс Клостер считает, что Ханне повезло, — подумалось ей. — Но сама она вряд ли с этим согласилась бы. А вдруг Кимми не ошибается? Вдруг зло вернулось? Тогда никому из нас не повезет. Нет-нет, этого не может быть!»
Корки заняла свое место в конце строя и помотала головой, стараясь отогнать страшные мысли.
В этот момент распахнулась дверь мальчишеской раздевалки и в зал высыпала баскетбольная команда.
Корки помахала рукой Алексу, но тот, кажется, не заметил ее и принялся гонять мяч со своим другом Джеем Лэндерсом.
— Давайте ту же речовку! — приказала мисс Клостер. — Кричите как следует! Чтобы стекла задрожали!
При этих словах Корки невольно вздрогнула. Перед глазами встало лобовое стекло, разбитое телом Ханны.
Речовка началась, но Корки включилась в нее с трудом.
Врагов победите,
На пол валите!
Врагов победите,
На пол валите!
ТИГРЫ, вперед!
Настал ее черед прыгать. Она поглядела на Алекса. Интересно, наблюдает ли он за ней?
Прыжок удался на славу. Корки раскинула ноги в воздухе и плавно приземлилась.
Да, здорово!
Все остальные подпрыгнули. Хлопнули в ладоши. Еще раз прокричали речовку.
— Вот так-то лучше, — похвалила мисс Клостер, перекрывая шум. — Намного лучше! Постройтесь еще раз.
— Я… потянула ногу, — сказала Корки. — Пойду посижу.
Она направилась к раздевалке, стараясь хромать, потом позвала:
— Эй, Алекс!
Джей заметил ее первым. Подхватив мяч, улыбнулся:
— Ты прекрасно выглядишь, Корки!
Он тоже нравился ей, хотя многие девчонки считали его придурком из-за постоянной ухмылки. А еще из-за того, что этот парень часто отпускал глупые шуточки и сам первым хохотал над ними.
Длинный крючковатый нос, крошечные глазки и короткие светлые волосы делали его похожим на огромного цыпленка. Но Корки считала его забавным и всегда защищала от нападок остальных девчонок.
— Эй, Алекс! — позвала она снова.
Тот наконец-то заметил ее и приблизился мелкой трусцой. Джей бросил мяч ему под ноги, но Алекс тут же отшвырнул его.
— Что, Корки?
— Ты на машине? — спросила она, смахнув волосы со лба.
— Да, — кивнул он. — Тебя отвезти домой?
— А мы можем немного покататься и поговорить? — спросила Корки.
— Покататься? — парень смущенно отвел глаза. — Мама вообще-то велела вернуться к обеду.
— Ну, только до реки и обратно, — попросила девушка.
— Не езди с ним, — встрял Джей. — Его тошнит в машине.
— Меня тошнит только от твоей глупой рожи! — крикнул Алекс. — По ней как будто кто-то проехался.
— Лучше я тебя отвезу к реке, — сказал Джей, ничуть не смутившись и крутя мяч на пальце.
— Разве у тебя есть машина? — удивилась Корки.
— Нет. Но какая разница? — Джей широко ухмыльнулся.
— А зачем тебе к реке? — поинтересовался Алекс.
Но тут ее окликнула мисс Клостер:
— Корки, хватит отдыхать! Мы тебя заждались!
— Ладно, встретимся после тренировки, — сказал Алекс и побежал прочь. Потом кинул мяч в кольцо, обернулся к Корки и улыбнулся ей своей знаменитой замечательной улыбкой. Корки сразу же захотелось обнять его.
— Молоток! — крикнул Джей, а Корки поплелась к подругам.
— Ну, как прошла тренировка? — спросила Корки у Алекса, опускаясь на переднее пассажирское сиденье его белой машины.
— Да уж получше, чем у тебя, — не без ехидства ответил Алекс. — Я слышал, как мисс Клостер орала на вас.
«До чего же он клевый», — подумала Корки. Ей нравились его светлые, вечно растрепанные волосы. И ямочка на правой щеке, появлявшаяся, когда он улыбался.
— Сегодня мы были не в форме, — согласилась девушка.
Алекс откинул назад капюшон своей куртки и тронул с места. Корки поглядела на небо. Над заснеженными деревьями уже появилась луна. Подумалось о том, что в декабре темнеет рано.
Небо было таким же угольно-черным, как и девичьи мысли. Всю дорогу Корки сидела, мрачно глядя в окно. Кое-где снег уже растаял, а дорога по-прежнему оставалась заледенелой.
— Видала, как я обошел Гарри Брандта? — между тем проговорил Алекс радостно. — Он так разинул варежку, что чуть было вообще не проглотил мяч! Не могу дождаться матча. Мы точно надерем кое-кому задницу!
Вскоре машина резко свернула на Речную улицу. Корки невольно поправила ремень безопасности. Они проехали мимо каких-то ребятишек, барахтавшихся в снегу.
— Эй, только не кидаться снежками! — крикнул кто-то из них.
— А почему все столпились вокруг Джея? — спросила Корки. — Я видела, как вы все кинулись к нему.
— Да Гарри так врезал ему мячом, что все подумали, будто сломал нос, — объяснил Алекс.
— При таком шнобеле это несложно, — заметила девушка.
— И не говори, — засмеялся парень.
Корки придвинулась к Алексу.
Вскоре показалась река Конононка, по берегу которой росли деревья, раскачивавшиеся на ветру. А за ними простиралась сплошная белизна.
— Река совсем замерзла, — пробормотала Корки с некоторым облегчением.
— Зачем тебе понадобилось ехать сюда? — повторил свой вопрос Алекс, нажимая на тормоз. Машина заскользила.
— Осторожно! — воскликнула девушка. — Если мы свалимся в воду…
— То погибнем, — закончил Алекс. — А мой отец сойдет с ума, потому что я угроблю его новую машину.
Тормоза визжали на снегу. Машина все никак не останавливалась. Ветви деревьев хлестали по ней. Алекс свернул в сторону и наконец-то смог затормозить.
— Ну, так зачем же тебе понадобилось приезжать сюда? — спросил он снова, улыбаясь как ни в чем не бывало.
И прежде чем Корки успела что-либо ответить, поцеловал ее. Его нос оказался холодным, а губы — теплыми.
Девушка осторожно оттолкнула его и сказала:
— Во всяком случае, не для этого.
— В самом деле? — Парень снова потянулся к ней губами, но она распахнула дверцу и выбралась наружу.
Она тут же вскрикнула от неожиданного холода — ветер пронизывал до костей.
Алекс приблизился к ней, держа в руке ключи от машины, и спросил:
— Неужели тебе захотелось искупаться?
— Ты чего не застегнулся? — Девушка заботливо запахнула полы его куртки.
— Потому, что я крутой, — похвалился он.
— Нет, потому, что тупой, — поправила она.
Алекс состроил комичную рожу.
Корки засмеялась и направилась к реке. Снег скрипел под сапожками. Деревья все так же раскачивались на ветру.
Алекс нагнал девушку, накинул ей капюшон на голову и взял за руку.
— Прекрасный день для прогулки, — выдавил он, стуча зубами.
— Просто мне нужно было посмотреть на реку, — ответила Корки. — Это трудно объяснить.
— Ну, вот мы и здесь, — объявил Алекс, когда они вышли из-за деревьев. — Река будто превратилась в каток. Теперь можем возвращаться?
— Еще секундочку, — попросила девушка. От ветра у нее слезились глаза. Прикрыв их перчаткой, она вглядывалась в ледяную поверхность.
Да, вся река замерзла. Увидев это, Корки почувствовала облегчение. Должно быть, зло по-прежнему похоронено на дне и ему не вырваться из-под такого толстого панциря.
Ничего. Никаких следов зла.
Внезапно девушка что-то заметила и испуганно вскрикнула.
— Что это такое? — заорала она, схватив парня за полу куртки и указывая вдаль рукой.
— Где? — Алекс пристально вглядывался в замерзшую реку, обхватив девушку за плечи.
— Что это такое? — повторяла она испуганно. Ветер швырял снег ей в лицо. В полумраке почти ничего не было видно.
— Ты про лунку во льду? Наверное, ее проделали рыбаки, — предположил парень.
В лунном свете деревья отбрасывали на лед зловещие тени. Корки видела, как над лункой поднимается призрачный пар.
— Он… он вырвался, — выдавила девушка, не в силах скрыть ужаса.
— Кто? — спросил Алекс, ничего не понимая. — Корки, что случилось?
Она показала на дыру дрожащей рукой.
— Пар вырвался? — спросил Алекс. — Ничего удивительного: из лунки поднимается пар, потому что температура воды выше, чем воздуха.
«Нет, — подумала девушка, схватив его за рукав. — Это вовсе не пар. Но разве могу я сказать Алексу всю правду? Что это вырывается на свободу злой дух? Нет, не могу».
Белый пар все продолжал подниматься струйкой к темному небу.
— Алекс, давай поскорее уедем отсюда, — попросила Корки.
Сучки на потолке напоминали лестницу. Очень длинную и далекую лестницу. Корки разглядывала их, не в силах заснуть.
Она пробовала позвонить Кимми после ужина, но нарвалась лишь на автоответчик. Тогда позвонила Дебре. Но ее отец ответил, что не знает, куда их унесло вместе с матерью.
Наконец Корки позвонила в больницу, надеясь поговорить с Ханной. Но медсестра ответила, что та спит и ее нельзя тревожить.
Почувствовав себя страшно одинокой, Корки принялась за уроки. Потом легла пораньше, рассчитывая забыться хоть во сне.
Но он все никак не приходил.
Широко распахнув глаза, девушка смотрела на сучки в потолке и думала о Ханне, об аварии, о злом духе, о своей сестре Бобби и о струйке пара, поднимавшейся над лункой во льду.
Внезапно сучки как будто задвигались.
Корки распахнула глаза еще шире и оторвала голову от подушки.
Нет, сучки как-то светились, но все-таки не двигались.
И девушка увидела пар, сочившийся из потолка.
Комнату постепенно заполняло туманное облако.
«Молчаливое, словно сама смерть», — подумалось Корки.
Оно начало опускаться вниз.
«Нужно выбираться отсюда! — сказала девушка себе. От внезапно нахлынувшей паники перехватило горло. — Но почему я не могу двигаться? Почему?»
Она неподвижно лежала на кровати, а холодный ужас опускался на нее с потолка.
И когда он окутал кровать и все ее тело, она почувствовала внезапную злость.
Эта злость буквально запылала в груди.
Ее пламя обжигало все тело, в душе нарастала ярость.
Корки испустила крик, исполненный ненависти.
«Я снова стала чудовищем! — сообразила она. — Я снова стала злой!»
— Корки!
— Корки!
Сквозь туманную завесу раздавались знакомые голоса. Чьи-то жаркие руки схватили ее и начали трясти.
— Корки!
— Корки! Пожалуйста, открой глаза!
Она послушалась и увидела своих родителей. Мать держала ее за плечи, а отец склонился над ней и звал по имени.
— У тебя опять кошмары? — спросила мама, разжимая пальцы. — Корки, ты проснулась?
— Эти кошмары, наверное, очень страшные? — добавил папа. — Ты уже давно так не кричала.
— Это был ужасный сон, — с трудом выдавила девушка, стремясь успокоить родителей.
В комнате не было никакого пара. Облако зла не опускалось на ее кровать. И дух не проникал в ее сознание.
Конечно. Все это было лишь сном.
Или не было?
Подобные сны уже случались у нее. Именно тогда, когда она была одержима злым духом. И когда к ней возвращалась ярость.
Но сейчас это был лишь сон. Всего лишь сон.
Почему же тогда он казался таким реальным?
Алекс стукнул по столу кулаками.
— Это я виноват! Я проморгал его! Я!
— Да брось ты, — Джей шутливо двинул его в челюсть. — Никто тебя не обвиняет.
— Как так получилось? — недоумевал Алекс. — Я позволил парню всего лишь бросить мяч. И из-за этого мы продули всю игру!
— Зато погода на улице отличная, — сказала Корки сухо. Она не знала, стоит ли ей остаться с ними или нет. Казалось, парни собираются обсуждать свою игру до завтрашней ночи.
Вот угораздило…
Девушка и сама после каждой игры ощущала такую же смесь возбуждения и досады. В горле першило от криков. Мышцы на ногах болели, а сердце все еще бухало. Хотелось орать и скакать до упаду.
После матча они втроем отправились в пиццерию. Корки села рядом с Джеем, а Алекс угрюмо глядел на них через стол.
Посреди белой пластмассовой столешницы расположилась огромная пицца с пепперони. Но одна лишь Корки попробовала кусочек.
— Я прыгнул слишком рано, — продолжал Алекс угрюмо, положив подбородок на руки. — Поэтому и не успел перехватить мяч.
— Да заткнись ты! Он просто провел тебя. Ну и ладно! — Джей разразился тоненьким смешком и взмахнул стаканом. Он казался еще более дурашливым, чем обычно.
— Ты стараешься меня утешить? — спросил Алекс.
— Кажется, мне нужны очки, — Джей взял два круглых кусочка пепперони и положил их на глаза.
Корки рассмеялась, сообразив, что он пытается таким образом скрыть свою досаду и развеселить их. Но Алекс лишь покачал головой.
— Ну, допустим, мы проиграли в последнюю секунду, — продолжал Джей, отправив пепперони в рот. — Но тогда выходит, что мы выигрывали все остальные сорок семь минут и пятьдесят девять секунд матча!
Корки снова расхохоталась. Джею всегда удавалось ее рассмешить. Алекс взял было кусок пиццы, но снова положил его на место.
— И потом, эта игра ничего не решает, — продолжал Джей. — Мы все равно поедем на турнир! А вот там уж будет все засчитываться. Там встретятся десять лучших команд штата! Вот это действительно будет игра!
— Да, наверное, это так, — согласился Алекс и наконец улыбнулся. Его синие глаза сверкнули впервые за весь вечер.
Корки поняла, что он взбодрился. Но тут же заметила, что парень улыбается вовсе не ей, а смотрит куда-то за ее плечо.
Обернувшись, она увидела двух девчонок из своей школы — Джейд Смит и Дину Мартинсон. Последняя откинула назад светлые волосы и улыбнулась Алексу.
— Что это значит? — возмущенно прорычала Корки, обернувшись к нему.
Его улыбка тут же растаяла.
— А? Ты о чем? — Его лицо пошло багровыми пятнами. — Я просто поздоровался с ними. Ты же знаешь их — это Дина и Джейд.
Корки поглядела на него подозрительно. Алекс рассмеялся и сказал:
— Да что это на тебя нашло?
Но она лишь молча глядела на него.
— Давайте дальше обсуждать игру, — вмешался Джей, стараясь снять напряжение. — Правда, сегодня я был великолепен? Видали, как я подпрыгнул на целых два метра?
— Жаль только, что мяча у тебя в это время не было, — ответил Алекс, ухмыляясь.
— Жаль только, что ты треснулся башкой об кольцо, — добавила Корки. Она засмеялась, хотя ей было совсем не весело. Алекс перестал улыбаться Дине, но и о самой Корки он тоже как будто забыл.
«Интересно, между ними что-нибудь есть? — подумала она. — И откуда у меня взялось нехорошее предчувствие на его счет?»
В воскресенье вечером она попыталась позвонить Кимми. Ей было необходимо поговорить про Алекса хоть с кем-нибудь. В субботу вечером они собирались сходить в кино, но в последнюю минуту он позвонил ей и сказал, что ему придется сидеть с сестренкой.
Его голос показался Корки каким-то странным. Алекс совсем не умел врать. Наверняка, едва положив трубку, помчался на свидание с Диной. Корки пришлось весь вечер играть со своим братишкой Шоном в «Смертельную битву». И он всякий раз побеждал.
В трубке раздался уже третий гудок.
— Ну же, Кимми, окажись дома! — произнесла Корки вслух. — Я даже не успела рассказать тебе о том, что видела на реке. Про лунку во льду и поднимавшийся оттуда пар.
После пятого гудка трубку взяла миссис Басс и сказала, что Кимми ушла к Дебре.
Корки взяла мамину машину и помчалась к дому Дебры, находившемуся на Каньонном шоссе. Тяжелые серые тучи наконец-то рассеялись, появилось ясное небо. Яркое солнце искрилось на сугробах.
Его лучи слепили глаза, но не грели. И на улице по-прежнему стоял мороз, а шоссе покрывал лед.
Девушка сразу же узнала синюю машину, припаркованную возле дома, — она принадлежала отцу Кимми. Машина самой Кимми все еще находилась в ремонте. Корки остановила свою машину рядом и окинула взглядом дом. Окна заслоняли сугробы, да и стекла замерзли.
Девушка поднялась на крыльцо и позвонила. «Наверное, девчонки вместе делают уроки, — подумала она. — Нужно было и мне взять с собой тетради».
Ответа почему-то долго не было. Корки снова нажала на кнопку, но не услышала звонка. Должно быть, он сломался. Тогда она постучала в дверь.
— Эй, Дебра, Кимми! Это я! Откройте!
Но ответа снова не было. Наверное, подруги не слышали ее стука потому, что находились в дальних комнатах. Корки толкнула дверь. Та неожиданно распахнулась.
— Где вы? Дебра, Кимми! Это я!
Она ступила внутрь. В доме стоял полумрак. И тишина.
Корки направилась в гостиную и позвала:
— Эй, девчонки!
Окна были завешаны шторами, не пропускавшими солнечный свет. И все лампы оказались погашенными.
— Дебра! — крикнула Корки, вглядываясь в темноту.
Краем глаза она все же заметила крошечный огонек, горевший в одной из комнат. Неужели свеча?
— Эй, Дебра! Ты здесь?
И снова в ответ тишина.
Корки пошла на огонек. Распахнула дверь комнаты настежь и вскрикнула.
— Что здесь происходит? — испуганно прошептала она.
Корки увидела своих подруг, вглядывавшихся в пламя свечей. Они смотрели на огоньки не мигая. В комнате стоял такой же полумрак, как и во всем доме.
Девчонки стояли на коленях, а между ними был круг из свечей.
Дебра держала в руке длинную красную свечу и медленно водила ею над кругом. Перед ней лежала на полу раскрытая толстая книга.
Губы подруг беззвучно шевелились. И несмотря на появление Корки, они продолжали глядеть на пламя, будто вовсе не замечая ее.
Корки застыла на пороге, не зная, что делать. Ей совсем не нравилось увлечение Дебры магией.
Наконец Кимми подняла глаза, и ее лицо разом изменилось.
— Корки, что ты здесь делаешь? Как ты вошла?
Дебра аж зарычала от досады и выпрямилась.
— Ты все испортила, — прошипела она.
— Какой чертовщиной вы тут занимались? — спросила Корки, приближаясь к ним.
— Ты звонила в дверь? Звонок не работает. Должно быть, от мороза, — сообщила Дебра.
— Дверь была открыта, — ответила Корки, уставившись на свечи. — Мама Кимми сказала, что вы здесь, и…
— Ох уж этот телефон, — вздохнула Дебра, выходя из комнаты. — Присоединяйся к нам, может, поможешь.
— В чем? — спросила Корки.
Кимми сидела на полу, и лишь теперь стало видно, что на ней безразмерный шерстяной свитер и черные леггинсы.
— Дебра нашла одно старое заклинание, и мы попробовали его прочесть, — объяснила она смущенно.
Рыжее пламя играло на ее темных волосах, а глаза сверкали.
— А ты встречалась с Алексом вчера вечером?
Корки опустилась рядом с ней на колени и ответила:
— Нет. Он позвонил и сказал, что не сможет прийти. У него нашлась ужасно уважительная причина.
Кимми цокнула языком.
— Пожалуй, с ним нельзя заводить серьезных отношений. — Корки сняла ботинки. Они оставались такими же холодными, как и на улице.
— Что ж, попробуем еще раз, — предложила Дебра, возвращаясь в комнату. — Так даже лучше. Раз нас стало трое, наша сила возрастет.
— А что это за заклинание? — спросила Корки. — Чего вы добиваетесь?
— Вызываем сюда Алекса, — пошутила Кимми. — Причем голого.
— Не валяй дурака. — Льдистые глаза Дебры сердито сощурились. — А то духи не воспримут нас всерьез.
Она опустилась на колени напротив подруги. Потом подняла книгу и стала изучать ее.
— Это заклинание для призвания духа, — объяснила Кимми шепотом. — Дебра отыскала его в книге, которую мы купили в букинистическом.
— Какого еще духа? — спросила Корки также шепотом. — Злого?
— Нет, конечно! — ответила Кимми и глянула на Дебру. — Мы хотим вызвать такого духа, который станет нашим хранителем.
— Ты хочешь сказать… — начала Корки, но Дебра жестом велела ей замолчать.
— Мы собираемся вызвать духа, который защитит нас от зла. Если злой дух действительно вернулся, мы…
— Как раз об этом я и собиралась вам рассказать, — выпалила Корки. — Я была на реке, в том месте, где утопила его. Она вся замерзла.
— Знаю, — ответила Дебра резко. — Я даже собиралась кататься на коньках. Там много ребят катается. Река уже несколько недель как замерзла.
— Но я увидела лунку во льду, — продолжала Корки.
— Что? — воскликнула Кимми удивленно.
— Очень большую и правильной круглой формы, — добавила Корки. — А над ней поднимался пар. Густой, как туман. Это зло выбиралось из-подо льда.
— А может, обычный пар? — произнесла Дебра задумчиво.
— Ты в самом деле думаешь, что зло вырвалось? — не поверила Кимми. — И то, что случилось с Ханной…
Ее голос сорвался, глаза расширились от страха.
— Ты сама мне это вдалбливала, — напомнила Корки. — По-твоему, тормоза могли отказать случайно? А может быть, зло все-таки вернулось и рассчитывает теперь отыграться? Так вот: оно даже приснилось мне!
— Но зло может вернуться только в том случае, если вселится в кого-то, — заметила Дебра негромко. — А вас в машине было только трое.
— Я тут ни при чем, — сказала Корки. — Я… я чувствую себя совершенно нормально.
— И я тоже, — откликнулась Кимми поспешно.
Какой-то громкий шум заставил всех троих подпрыгнуть. И лишь через несколько секунд Корки поняла, что это просто ветер опрокинул пустой мусорный бак.
— Итак, будем вызывать духа, — предложила Дебра, поднимая с пола длинную красную свечу и зажигая ее от другой. — Если зло вернулось, нам непременно нужен хранитель.
— С чего ты взяла, что заклинание подействует? — спросила Корки.
— Это очень старая книга, — ответила Дебра. — Хозяин магазина даже не хотел продавать ее нам. Сказал, что она может оказаться опасной.
— Наверное, просто цену набивал, — предположила Корки.
— А может быть, и нет, — ответила Дебра и жестом подозвала ее к себе.
«Зачем я в это ввязалась? — подумала Корки. — Как-то жутковато…»
И все-таки она приблизилась к кругу свечей настолько, что почувствовала их тепло. Прислушалась к словам Дебры, которая взывала:
— Дух, приди! Дух, приди, нас защити!
Корки придвинулась еще ближе. Свечи заплясали перед глазами, а Дебра начала читать вслух слова на каком-то таинственном, совершенно незнакомом языке, повторяя их снова и снова.
— Подхватывайте, — произнесла она, подняв глаза.
И все трое стали скандировать хором.
Из гостиной донеслись шаги. Корки с Кимми переглянулись и замолчали.
Дебра жестом приказала им продолжать заклинание.
Шаги все приближались.
Подняв глаза, Корки увидела, что картина на стене задрожала. Казалось, будто даже стены затряслись, а фарфоровые фигурки, стоявшие на полке, вот-вот упадут.
— Получается! — прошептала Дебра возбужденно. Ее глаза засверкали в пламени свечей.
Корки почувствовала тяжесть в груди, но продолжала повторять заклинание. Девичьи голоса вдруг стали казаться очень тонкими.
Стены все тряслись. Пол начал вибрировать.
«Вся комната задрожала!» — подумала Корки.
Шаги становились все отчетливее.
Корки взглянула на дверь. Она ясно слышала, что кто-то приближается.
Но никого не увидела.
Никого.
Стены дрожали. Пол трясся. Картина свалилась на пол.
— Кто… Кто там? — выкрикнула Корки.
Дунул холодный ветер. В комнате запахло плесенью.
И все свечи разом погасли.
Корки пыталась вдохнуть воздух, но ей мешал стойкий запах плесени. Из темноты повеяло холодом.
Кимми вскрикнула.
Вспыхнул свет, и Корки невольно вздрогнула. Но оказалось, что это всего лишь Дебра, поднявшаяся на ноги, включила настольную лампу.
— Дух, приди! — снова воскликнула она, оглядывая комнату.
Корки опять повернулась к двери и опять ничего не увидела.
— Прекрати! Прекрати! — заорала Кимми, взвившись с места. Ее лицо побагровело, волосы растрепались. — Пожалуйста, прекрати, Дебра! Мне страшно!
— Дух ушел, — сказала Дебра ледяным тоном. — Я чувствовала его присутствие. Он был в этой комнате, но теперь его уже нет.
— С ума сойти! — воскликнула Корки, тоже поднимаясь на ноги, ставшие вдруг ватными. — Мы в самом деле вызвали духа!
Тряска прекратилась, и теперь о недавнем присутствии потусторонней силы напоминал лишь холод.
— Простите, что я не выдержала, — вздохнула Кимми, зачесывая волосы назад обеими руками. — Но я слишком перетрусила!
— Я тоже, — призналась Корки, глядя на дымящиеся свечи. — Меня такая жуть взяла.
— В этой комнате точно что-то было, — подвела итог Дебра с поразительным спокойствием. — Если бы мы не сдрейфили, оно бы осталось. А теперь вернулось туда, откуда пришло.
— Убери эту книгу подальше! — попросила Кимми, подняв с пола тяжелый том. Захлопнув его, она протянула книгу Дебре. — Спрячь куда-нибудь. Продавец не обманул — она действительно опасна.
— И вообще, выбрось из головы все эти заклинания, — добавила Корки, наконец-то сумев выровнять дыхание. — Раз и навсегда! Мне до сих пор не по себе. Мы должны постараться вернуться к нормальной жизни.
— К нормальной? — горько усмехнулась Дебра, пронзив ее своими льдистыми глазами. — После того, что сейчас произошло?
— В самом деле, — продолжала Кимми. — Спрячь эту книгу. И без нее чертовщины хватает.
— Ладно-ладно, — покачала головой Дебра. — Как хотите. Я отнесу ее в свою комнату. Почитаю как-нибудь в дождливый день.
Ее подруги облегченно вздохнули.
Они совсем не знали, как близок этот самый дождливый день.
Тигры ворчат,
Тигры рычат
И победить
Снова хотят!
Иви Блейк закончила свой номер, прыгнув вперед и приземлившись на ноги. Потом побежала, громко хлопая в ладоши. Длинные волосы развевались у нее за спиной.
Корки и Кимми наблюдали за ней со скамеек, делая пометки в блокнотах. Мисс Клостер вызвали на собрание, поэтому им пришлось самим выбирать замену Ханне.
— Неплохо, — сказала Корки, глядя, как Иви возвращается к остальным кандидатам в группу поддержки.
— Мне тоже понравилось, — согласилась Кимми. — Она очень сильная и ловкая.
Иви была довольно крупной девушкой, рослой, атлетически сложенной. Ее выразительное лицо обрамляли длинные волнистые волосы, каштановые с редкими светлыми прядями. Вот только губы она зачем-то намазюкала ярко-розовой помадой.
— Итак, мы выбрали уже троих, — сообщила Кимми.
Корки кивнула, собираясь сказать еще что-то в поддержку Иви, но ей помешал неожиданно раздавшийся мужской голос:
— Эй, девчонки, а ну-ка брысь отсюда! Не видите, что ли, — мы работаем!
Обернувшись, Корки увидела двоих мужиков в спецодежде, возившихся с металлической рамой, поддерживающей верхние ряды.
— Извините, — сказала Корки, и они с Кимми направились к остальным девушкам.
— Вы все были великолепны, — начала Корки, обращаясь к претенденткам. — Мы выбрали троих: Иви Блейк, Лорен Уилсон и Рошель Дрекслер.
— Благодарим вас всех, — добавила Кимми. — Выбирать было трудно — все просто молодцы!
Она повернулась к отобранным и добавила:
— Вы останьтесь, а остальные свободны. Еще раз благодарю.
Некоторые девчонки горько вздохнули, парочка бросилась поздравлять более везучих подруг. А остальные направились к своим вещам, сложенным у стенки.
Корки повернулась к финалисткам:
— Мне хотелось бы взять вас всех, но, к сожалению, место лишь одно.
— Подождите еще немного, — сказала Кимми. — Мы должны посовещаться. Совсем недолго. Может быть, вам придется показать что-нибудь еще.
— Только не подходите близко к скамейкам, — предупредила Корки. — А то их ремонтируют.
Лорен и Рошель отошли в сторону, что-то оживленно обсуждая. Иви поплелась следом, теребя свои длинные волосы.
Корки и Кимми зашли в кабинет мисс Клостер. Брюнетка включила свет и привалилась к дверному косяку, а блондинка уселась на краешек стола и уставилась сквозь маленькое окошко на трех кандидаток, с нетерпением ожидавших решения.
— У них у всех есть и преимущества, и недостатки, — сказала Кимми.
— Все трое еще раньше пытались попасть в группу поддержки. Лорен была моей соседкой, пока ее семья не переехала на Северные Холмы. А теперь они с Иви лучшие подруги.
Корки пристально поглядела на Лорен. Та была высокой и грациозной, обладала молочно-белой кожей, а свои прямые волосы собирала в конский хвост. На ней красовался длинный серый свитер и ярко-синие леггинсы.
— Она хорошо прыгает, — заметила Корки. — Зато голосок слабоват.
— Ага, — кивнула Кимми. — У Рошели голос посильнее. Его за два квартала слышно!
Рошель носила свободный свитер и белую кепку с эмблемой команды «Тигров», из-под которой спадали на плечи длинные светлые волосы. У нее было довольно милое личико с маленьким, чуть вздернутым носиком и круглыми синими глазами.
— Она показала класс, — Кимми заглянула в свой в блокнот. — Прыгнула выше всех и опустилась очень изящно.
— Значит, придется выбирать между Рошелью и Иви, — сообщила Корки задумчиво, продолжая разглядывать девчонок.
Рошель сидела на полу по-турецки и причесывалась, а Лорен крутила в руках ее кепку. А где же Иви? Неужели не стала дожидаться результата?
— Иви хороша собой, — продолжала задумчиво Кимми. — Намного красивее Лорен. Но не так грациозна, как Рошель. И голос у нее не такой сильный. Как и дух…
— Значит, выбираем Рошель? — спросила Корки.
— Наверное, — ответила Кимми.
— Эй! — воскликнула вдруг Корки, подпрыгнув и кинувшись к выходу.
Выскочив следом, Кимми увидела Иви, стоящую у самой двери.
— И долго ты здесь торчишь? — осведомилась Корки. — Подслушивала?
Намазюканные губы Иви удивленно округлились, а щеки сделались столь же яркими.
— Да ты что?! — воскликнула она. — Нет, конечно!
— Ты слышала наш разговор? — спросила Кимми резко.
— Нет, — помотала головой Иви. — Я не слышала ни слова.
Она подняла правую руку, словно для клятвы.
— Тогда зачем же ты ошивалась у дверей? — напирала Корки.
— Да я шла к вам, — ответила Иви, все так же краснея. — Собиралась спросить, скоро ли вы решите. У меня занятия теннисом, и мама ждет меня в машине.
— Мы почти решили, — сказала Кимми. — Ступай к остальным, мы сейчас придем.
Иви развернулась и медленно зашагала к подругам.
— Как думаешь, она все-таки подслушивала? — спросила Кимми.
— Не знаю, — Корки пожала плечами. — Но мы уже все равно решили. Места распределяются так: Рошель, Иви, Лорен.
— Верно, — согласилась Кимми. — Идем, объявим им.
Они направились было к девчонкам, как вдруг раздался крик рабочего:
— Эй, берегитесь!
Потом по всему залу разнесся девичий вопль.
— Неееет! — заорал рабочий.
Корки и Кимми кинулись на эти звуки.
Они увидели Лорен, кричавшую от ужаса. Кепка выпала у нее из рук.
Иви закрыла лицо руками, и виднелся лишь ее рот, распахнутый от изумления.
— Что такое? Что случилось? — заорала в испуге Корки.
И тут ее взгляд упал на Рошель. Та по-прежнему сидела на полу по-турецки, а волосы закрывали ее лицо.
— О-ооох! — простонала Корки, заметив алую струйку, стекающую по спине Рошели.
И, только увидев кровь, она разглядела отвертку, глубоко вонзившуюся в шею несчастной девушки.
— Ооооо, нет! — Корки сразу поняла, что произошло.
Отвертка свалилась сверху. Прямо вниз.
И вонзилась в шею Рошели. Кровь все текла и текла. Расческа выпала из бесчувственной руки. Раненая начала заваливаться вперед и растянулась на полу.
Больше она не шевелилась.
Корки застыла на месте, не веря своим глазам.
— Вызовите врача! Вызовите врача! Быстрее вызовите врача! — крикнула Лорен, опускаясь на колени рядом с Рошелью.
— Поздно. Она умерла, — всхлипнула Иви.
— Нет, она еще жива! Вызовите врача! Скорее! — требовала Лорен, осматривая неподвижную подругу.
— Что случилось? — В зал ворвалась мисс Клостер. Она выронила свой блокнот, увидев распростертую на полу девушку. — Сколько кровищи! Она расшиблась?
Разглядев отвертку, торчащую из шеи, протяжно закричала.
— Она вырвалась у меня из рук, — объяснил один из рабочих, приближаясь. — Не понимаю, как это произошло. Я держал ее крепко. Она как будто сама вылетела из моей ладони!
— Корки, Кимми! Бегите же, вызывайте «скорую»! — крикнула мисс Клостер, указывая в направлении своего кабинета.
— Девочка потеряла много крови, — сказал другой рабочий.
Корки двинулась к кабинету, с трудом переставляя ноги.
И в этот момент она заметила на лице Иви какое-то странное выражение.
«Нет, не может быть, — подумалось ей. — Неужели это улыбка?»
«Скорая» приехала довольно быстро. Медики остановили кровотечение и унесли Рошель на носилках. Она все-таки дышала, хотя из раны натекла целая лужа.
Потом явились полицейские. Двое из них стали допрашивать рабочих. Те стояли, опустив головы. Один из них показывал, как именно вылетела у него из рук отвертка.
Двое других полицейских поднялись наверх и стали осматривать металлическую раму. Еще один, совсем молодой, допрашивал директора школы мистера Эрнандеса.
Корки утерла слезы рукавом. Они с Кимми уже успели ответить на вопросы полицейских и теперь стояли в стороне вместе с Иви и Лорен.
— У меня… у меня просто в голове не укладывается, — простонала Кимми. — Всего несколько минут назад Рошель скакала и кричала, а теперь… — она громко всхлипнула.
— Все будет нормально, Рошель поправится, — но голос Корки звучал неуверенно. В первые минуты после происшествия она как-то сдерживалась, но, вызвав «скорую», тут же разревелась. Теперь она опустила глаза, чтобы вновь не хлынули слезы.
