Я не помню, как меня зовут. Я не помню, откуда я родом. Я даже не знаю, какое сегодня число. Все, что мне известно, – это мое задание: следить за игроками ФК «Зенит» и докладывать информацию, куда надо. Вот только, куда и кому это может быть нужно, я тоже забыл.
У меня есть дерево, на котором я сижу. К дереву я привязан очень хитрым узлом. Предполагаю, что завязал его сам, но не помню, как он развязывается. Разрезать веревку не получается, так как нет ножа. Перегрызть не получилось.
Еще у меня есть ноутбук. Я могу отправить почту только по одному адресу, но почему-то не получаю писем. На корпусе и экране большая трещина, может быть, поэтому я не могу выйти в Интернет и оставить на каком-нибудь сайте просьбу о помощи. На все призывы, отправленные по единственному доступному мне адресу, никто не ответил. Еще в ноутбуке не работают часы и дата. Ставлю зарубки на ветке.
Я не знаю, как я здесь очутился. Очнулся я уже на этом долбанном дереве и услышал:
– Кержи, мальчик, тебе же говорили, задница ты с ушами, что бить надо не по мячу, а по воротам?
– По воротам больно, Пан Тренер.
– Дурак!" – ответил мужчина лет пятидесяти пяти и сплюнув ушел.
– Хамло, – ответил Кержи, убедившись, что он отошел достаточно далеко.
– А я слышал! – крикнул Пан Тренер.
Кержи вздохнул и полез под мое дерево за мячом.
Скоро я выучил все имена и псевдонимы. Они приходят сюда каждый день и пинают мяч. Кержи я боюсь.
Однажды Власов решил поиграть в футбол.
Он взял футболку Быстрова, но испугался, что тот заметит и даст люлей. «Люлей не хочу», – подумал Власов, – «хочу в футбол».
И вывернул футболку наизнанку. Вместо «34» получилось «43», только цифры перевернуты. «Как у араба», – подумал Власов, гордый своей находчивостью. Тут его нашел Пан Тренер.
– Дурак. Быстров увидит – люлей даст. Хоть на другой фланг перейди, может, не разглядит. Иди, пока Спивак с Ширлой разбирается. Тот его футболку вверх ногами надел.
И Власов пошел на левый фланг.
А Кержи очень любил бить по мячу. Как увидит его, так удержаться не может. Разбегается и фуячит, что есть дури, а с этим-то у него все в порядке. Однажды Власов решил пошутить над Кержи. Он приклеил мяч к дорожке перед крыльцом и спрятался в кустах, ждать когда выйдет Кержи. Но сначала вышел Арши. Он посмотрел на круглого, хотел его пнуть, но подумал, что это, наверное, Власов развлекается, и прошел мимо. А потом вышел Кежри. Увидал мячик, обрадовался и фуйнул его что есть дури. Даже не заметил, что тот приклеен был.
А Власов плюнул в сердцах и пошел в столовую.
Однажды к Пану Тренеру пришел Боровичка и сказал, что Рапопорт опять говорит про Пана гадости.
– Ничего, я его сделаю, – хищно улыбнулся Пан Тренер. – Кровью умоется!
Боровичка счел за лучшее оставить Пана Тренера мечтать одного.
Приехал в гости к Пану Тренеру Юрий Шпалыч. Привез с собой Евсеева.
– А это чудо зачем ты сюда притащил, Шпалыч?! – возмутился Пан Тренер.
– Боюсь дома одного оставлять, – вздохнул Юрий Шпалыч. – Я еще хотел Овчинникова взять, но тот как услышал, что к тебе едем, бегать начал, кричать: «Боровичка! Боровичка! Хей! Хей! Хей!» Ну его нафуй, еще у вас останется. Мне кого тогда в ворота ставить?
Так и не приехал в Удельную Овчинников.
Однажды, когда Юрий Шпалыч приехал в гости к Пану Тренеру, он взял с собой Евсеева. Идут они по Удельной вдвоем, Юрий Шпалыч СЭКС читает.
– Ой, ектиж! Ну, Евсеев, сейчас буду тебе люлей давать!
– Это, интересно, как же у Вас получится, Юрий Шпалыч? – спросил Евсеев, делая страшные глаза.
– Ты мне не зыркай. Ты на каких это наркотиках растолстел?
– Акститесь, Юрий Шпалыч! Да я ни в жизнь!
– А вот что пишут: «Так стоит ли удивляться, что под занавес того же черкизовского противостояния бровочник утомился? Чему, как мне кажется, во многом способствовали лишние килограммы, „нагулянные“ на баковской травке одним из лидеров красно-зеленых.» Ты мне с этим завязывай! А то поедешь в Нижний как гуманитарная помощь, дружественный клуб поднимать.
«Интересно», – подумал ВНК, услышавший разговор, – «Надо Булке позвонить, сказать, что у Евсеева в Баковке делянка есть. Булка любит это дело. Хотя нет, так мне Евсеев люлей даст. Ну, положим, не даст, но на всю страну обматерит. Расскажу Власову, тот точно Булке позвонит».
Однажды меня нашел Рапопорт. Посмотрел своими добрыми глазами и спросил:
– Шпион?
– Разведчик.
– Как зовут?
– Не знаю.
– На кого работаешь?
– Не помню.
– Экий ты бесполезный, батенька! – расстроился Рапопорт. – А вспомнить сможешь?
– Постараюсь, если покормите.
Рапопорт задумался, потом достал калькулятор, что-то посчитал и согласился.
– А, может, Вы меня отвяжете?
– Не могу, – вздохнул Рапопорт, – годы не те по деревьям лазить. Ты посиди тут еще, повспоминай. Вспомнишь – поговорим. Как же тебя так угораздило?
– Не помню. По-моему, Кержи ваш мячиком.
– Он мог, – согласился Рапопорт.
– Вот тут помню, а тут не помню.
– Тогда точно Кержи. Ну ладно, бывай. Вечерком пожрать принесу.
Однажды Председатель Совета Директоров захотел построить евростадион. Он пригласил на прогулку по парку Генерального Директора.
– Ну как у нас там? Играют?
– Играют, – с сожалением вздохнул Генеральный Директор. – И так с ними проблем – форму не перестирать, так они еще и это. Ужас.
– Ужас, – на всякий случай согласился Председатель Совета Директоров. – Но вот ты скажи, где мне евростадион строить?
– В Магадане!
– А ты в Магадан хочешь?
– Тогда на театральной площади.
– На Театральной площади другие рулят, понимаешь, – расстроился Председатель Совета Директоров. – Мы туда сунемся, нам вмиг люлей дадут.
– Так ты бы раньше мне сказал, я сам там всем люлей в свое время отвешивал.
– Так то раньше! Может, Кирова снесем и построим?
– Это, конечно, можно, – осторожно ответил Генеральный Директор, – но давай сначала хотя бы снесем, а потом построим. Не понравится – построим как было, и никто и не заметит.
– Так где же строить?
– А ты у болельщиков спроси.
– Спрашивал. Каждый в своем дворе предлагает.
– Хмм, – задумался Генеральный Директор, – а, может, оставить все как есть, пока не пахнет?
– Эх! Все у тебя «как есть оставить»! А когда хотя бы строить? Может, сегодня?
– Сегодня рано, – ответил Генеральный Директор.
– Тогда давай завтра.
– А завтра поздно.
Однажды Кержи вызвали в сборную. А Арши не вызвали.
– Как же так, друг Кирице, – спросил Арши у Кирице, – я же талантлив, умен, красив – а меня не берут?
– Окей, – одобрительно улыбнулся Кирице.
– И ведь берут лохов одних. Представляешь, Булкина взяли! Кириченко взяли! А меня не взяли!
– Окей, – сказал Кирице грустно.
– А Кержи приедет, будет рассказывать, как там здорово. Как он голых теток на пляже смотрел, как ночью пьяным купался. А я тут. Сессию сдавать.
– Окей, – сказал Кирице уже весело.
– Вот за что я тебя, Кирице, люблю, что поговорить с тобой приятно. Ты всегда выслушаешь, не прогонишь, не перебиваешь.
– Окей.
А как-то раз в Удельную приехал ВЛМ. Ходит по базе, смотрит. Ностальгирует.
– А это еврокотельная? – спрашивает.
– Ну да, говорит Генеральный Директор.
– Достроили?
– Так. На одно поле с подогревом и на одну столовую.
– Это как?
– Ну, когда подогрев включаем, столовая замерзает, когда столовую топим, поле отрубается.
– Ну-ну, – сказал ВЛМ, смотря на поле. – А это кто?
– Это Кинцл.
– И это правильно, – сказал ВЛМ и уехал.
А Боровичка был не дурак до пива. Вот только Пан Тренер не пил совсем, а с игроками Боровичка стеснялся. И вот видит он однажды – идет Рапопорт.
– Эй, Дель Боске, подь сюда!
– Тебе чего, вражина, – лаского спросил Рапопорт.
Боровичка смутился, но все же решился:
– Пива хочешь?
– Эк тебя, батенька, пробрало! – удивился Рапопорт. – А басурманин твой против не будет? Люлей не даст?
– Если не узнает – не даст. Так будешь?
– Ну, ты-то вообще мужик хороший, – задумался Рапопорт. – Не то что этот твой. Наливай!
Однажды Пан Тренер смотрел игру сборной России со сборной Легионеров.
– Это же как? Да нет, вот написано: Россия.
Пан тренер еще раз перелистал свои бумаги. Там было написано, что и ВНК и Быстрый должны играть за сборную России.
– А, может, Петроград от русских отсоединился уже? И я буду играть в Лиге как чемпион Петрограда?
Такая мысль Пану Тренеру понравилась. Но во втором тайме Кержи и Славка вышли за сборную России.
– Ничего не понимаю. Или их продали без моего ведома?
В таких сомнениях Пан Тренер и отправился спать. Ночью он проснулся от кошмара.
– Не, надо Славке сказать, чтобы он завязывал с Зайцевым общаться. Желтая майка – ужас. Лучше к Готье пусть идет. Тот его бинтиками обмотает.
Однажды в интернете продали Денисова. Денисов подошел к Власову, который пытался кнопкой проткнуть колесо машины Председателя Совета Директоров.
– Ножик возьми.
– Ножики от меня прячут, – вздохнул Власов.
– Я б тебя куда-нибудь спрятал. Слушай, а ты не знаешь, чего это там – продают меня что ли?
– С чего ты взял?
– Да вот, в интернете пишут, что меня за 500 тысяч в «Спартак» продают.
– Девятикратный чемпион.
– Да что мне там, зоа всяких пасти? Я не хочу, я и тут неплохо кормлюсь.
– Ну, не знаю. А это, там только тебя продают или Спивака с Ширлом тоже? А то мне твоя позиция как-то не очень.
– Да мне моя позиция тоже не очень, – мрачно заметил Денисов. – Ну ладно, пойду еще почитаю. Вдруг в «Челси» продадут.
– Иди, в интернете продают быстро и куда угодно. Обычно далеко.
"Ну нет, – подумала уборщица Марья Петровна, сидящая в кустах с ноутбуком, – в «Челси», милок, ты не поедешь. В «Вардар», батенька, только в «Вардар». И снова набрала «http://www.fc-zenit.ru/book/latest.phtml» в строке браузера.
Сидел как-то Рапопорт в кустах и наблюдал за тем, как Пан Тренер проводит тренировку.
– Так. 14:05, сидит, что-то пишет. По полю бегает Боровичка, басурманин ленится. Алле, Генеральный Директор? А Пан Тренер опять на табуретке сидит, по полю не ходит. Куда идти? Понял. Да, конечно, план тренировки, конспекты, как я мог подумать.
Рапопорт выключил телефон. Он хотел сказать «Козел!», но не был уверен, что его никто не услышит, поэтому поплелся в свою комнату.
А Пан Тренер писал:
– Дорогая Зузанна, пишет тебе твой…
Однажды Мареша вызвали в сборную. А Горака не вызвали.
– Как же так, друг Кирице, – спросил Горак у Кирице, – я же талантлив, умен, красив – а меня не берут?
– Окей, – одобрительно улыбнулся Кирице.
– И ведь берут лохов одних. Представляешь, Недведа взяли! Грыгеру взяли! А меня не взяли!
– Окей, – сказал Кирице грустно.
– А Мареш приедет, будет рассказывать, как там здорово. Как он голых теток на пляже смотрел, как ночью пьяным купался. А я тут. Сессию сдавать.
– Окей, – сказал Кирице уже весело.
– Вот за что я тебя, Кирице, люблю, что поговорить с тобой приятно. Ты всегда выслушаешь, не прогонишь, не перебиваешь.
– Окей.
Однажды Генеральный Директор услышал, что Шнуру предлагали написать гимн для «Челси», но тот отказался. «А это мысль!» – подумал Генеральный Директор. Он открыл записную книжку и набрал номер.
– Алло, это Шнур?
– Фуйнур! Кто тут трезвонит в такую рань?!
Генеральный Директор посмотрел на часы. Был разгар рабочего дня – 11:00.
– Это я, Генеральный Директор.
Шнур задумался.
– Из супермаркета? Я не виноват, это у Вас прилавки слишком хлипкие и водка крепкая…
– Да не, я с Удельной.
– А, торкнутые что ли? – облегченно вздохнул Шнур. – Ну привет, братан, какими судьбами? Пиво есть?
– Нет, – удивился Генеральный Директор.
– Как же ты ко мне с утреца – и без пива?
– Так я же по телефону.
– Разумно и экономно. Но оставляю, в таком случае, за собой право считать тебя жмотом.
– Ты про нас песню напишешь? – скромно спросил Генеральный Директор.
– Да вы че там, офуели? – возмутился Шнур. – Я ж про вас в каждом альбоме и бесплатно! Вам мало?
Генеральный директор помолчал. С творчеством Шнура он был знаком поверхностно – иногда читал слова, встречающиеся в его песнях на заборе.
– Да нет. Просто тут тебя для «Челси» просили, а ты отказался…
– Для кого просили?!
– Для «Челси».
– А я что?
– А ты отказался.
– Ну я и дудила! Мля, ну они выбрали время, когда звонить! Я ж в таком состоянии ото всего отказываюсь!
Шнур бросил трубку. Генеральный директор подумал, что ну его нафуй шнуровские гимны.
Однажды Денисов позвонил Кержи в Португалию.
– Слышь, Кержи, ну ты там как?
Кержи задумался, а как же он там.
– Да нормально. Тепло и мухи не кусают.
– Слушай, а я тут прочитал, что Булка с Гусем там нажрались перед матчем с испанцами, что, правда что ли?
– А фуй их знает. Тут портвешок дешевый, они-то могли. А мне не продают. Говорят, молодой еще, мол, паспорт покажи. А паспорт у меня отняли, как я только сюда приехал.
– Вот оно что. Слушай, а чего ты по воротам не фуячишь? Раньше фуячил что есть дури, а с этим у тебя проблем никогда не было, а сейчас не фуячишь.
– Знаешь, Денисов, – ответил Кержи, – когда Сам говорит Самому, что здесь мозгов нет – хватаешь последние.
Однажды Денисов позвонил в Португалию Быстрову.
– Слышь, Быстров, а что там Самый Самому такое сказал? Правда, что на Булку наехал?
– А с чего ты это взял? – осторожно спросил Быстров.
– Да пишут вот. В Интернете.
– А-а. В Интернете…
– Слышь, а что, Самый правда сказал, что не верит в команду и прочую фуйню?
– Ну, официальная версия такая: мы играли в Настрадамуса.
– Нострадамуса?
– Настрадамуса. Бутылочку крутили. Самый проиграл, вот и настрадал.
Однажды Денисов позвонил в Португалию Радимову.
– Слышь, Радимов, а правда тут пишут, что…
– Слушай, Денисов, продал бы ты компьютер, пока я не приехал и люлей тебе не дал.
Однажды Денисов позвонил в Португалию Малафееву.
– Ну, Малафеич, ну ты монстр!
– Угу, – ответил Малафеев, прикидывая, обижаться ли на монстра.
Денисов замялся.
– Денисов, мобильник не казенный, говори быстрее.
– Да ничего, у меня твой номер в любимых, – не понял Малафеева Денисов. – Тут такое дело. Я диван новый прикупить решил. Поставил сотку бакинских на то, что вы там нифуя не забьете. Один к четырнадцати было. Один матч остался. У вас там как настроение?
Малафеев промолчал.
– Малафеев, ты меня слышишь? Малафеи-и-ч:
– В общем, слушай меня сюда…
– Радимов?!!!
Однажды Генеральный Директор вызвал Начальника службы безопасности.
– Привет, брателло! – радостно сказал Генеральный Директор.
– Ну, это… брателло – это как-то очень официально. До брателл не доросли пока. И вообще с этим поаккуратнее, как специалист говорю.
Генеральный Директор испуганно оглянулся, не подслушивает ли кто. Он хотел назвать Начальника службы безопасности чуваком, но постеснялся.
– Ну, да ладно, корень, тут такое дело: В общем, мы тут с тобой треплемся, а они, – Генеральный Директор ткнул пальцем в монитор, – все о нас знают. Я уже гулять боюсь один без собаки. Кто нас сдает, корень? Среди нас крыса, мля буду.
– Разберемся. Но не обещаю.
Генеральный Директор с подозрением посмотрел на Начальника службы безопасности и махнул – иди, мол. В Интернете появилась очередная жареная новость – «ГД общался с НСБ. Обсуждали строительство стадиона на 150000 мест в акватории Финского залива».
– Дети инсайда, мля, – грустно сказал сам себе Генеральный Директор.
