Что, фракийская кобылка, от меня бежишь ты, взором
Недоверчивым сверкая, точно неуч я прямой?
Погоди, узду стальную от руки ты властной примешь
И пойдешь, склонивши выю, по указанной стезе!
Ныне бег и луг цветистый на душе у баловницы:
Знать, наездника лихого не изведала доселе.
Перевод Ф.Ф. Зелинского
Сединой виски покрылись, голова белеет снегом,
И в зубах я чую старость, - молодые годы, где вы?
Не надолго пить осталось из отрадной чаши жизни;
Из очей росятся слезы: не дает покоя Тартар,[1]
Ах, ужасен мрак Аида, многотруден спуск подземный;
А кто раз туда спустился - на возврат оставь надежды!
