Должно быть, нас не могут добудиться —
и дремлем мы
во времени дремотном,
отвергнуть то,
что ищет продолженья, —
неукротимо вьющиеся
травы —
да, это так, и никуда не деться.

К чему нам то, что заменить не сможет
родной родник, любезное вино,
хлеб сокровенный, бывший нашим хлебом,
святые и несветлые обличья,
которые от веку были нам
присущи, но уже исчезли, смерклись,
не потому, что умерли, а просто
не стало их — и всё тут…