Писатель на выставке рассматривает фотографию актрисы играющей Ангела, Писатель в театре над сценой висит кукла Ангела, Писатель включает телевизор на экране Ангелы гуляют по городу, Писатель в баре обращается к Бармену
Писатель. У вас Ангелы есть?
Бармен. Нет.
Писатель. Хорошо что здесь нет.
Пожилой Мужчина. (к Писателю) Вы не боитесь что вас положат в психбольницу?
Писатель. Для меня психбольница как премия «Югенд бухпрайс».
Пожилой Мужчина отворачивается. Писатель замечает одиноко сидящую за столиком Женщину.
Писатель. (к Женщине) Можно украсить ваше одиночество?
Женщина. Присаживайтесь.
Звучит песня с припевом «А-ан-же-ел».
Писатель. Последние дни меня преследуют Ангелы.
За соседним столиком сидит юноша (спиной к Писателю) и девушка (лицом к Писателю). Писатель корчит гримасы девушке и нелепо размахивает руками. У девушки открывается рот, юноша оборачивается. Писатель сосредоточенно помешивает кофе.
Писатель. (к Женщине) Сегодня я встретил Ангела в театре.
Женщина подымается и уходит.
Писатель. (к Бармену) Мои подвиги, их никто не записывает. Моя жизнь – это моя книга.
Бармен. (делая громче радио) Серёжа иди отсюда.
Писатель. (вслух сам себе) Мои истории с живыми людьми.
Уходит.
Писатель дома. Кроме него в комнате сидят: Иступлённый Дебил Роняющий Слюни, Мальчик и Ибисоголовый. (Все одеты так же как и Писатель.)
Дебил. Все вокруг спят.
Мальчик берёт телефон и не глядя набирает случайный номер.
Писатель. (в трубку) Здравствуйте мне очень нужно поговорить с Серёжей Коцуном (пауза). Извините пожалуйста мне право очень неприятно что так получилось, простите если можете. Я чувствую себя последним негодяем.
Мальчик кладёт трубку.
Ибисоголовый. Не с кем поговорить.
Сценарист и Главный Редактор телеканала сидят за столом.
Главный Редактор. (откладывая сценарий) А почему так много ошибок?
Сценарист. Так задумано.
Главный Редактор. Всё это уже было, зритель 10-ть раз такое съел и высрал, надо что-то своё, понимаете? Ангелами теперь никого не удивишь.
Сценарист слушает по радио интервью с Кинокритиком.
Кинокритик. Ради своей последней бездарной картины он год не разговаривал.
Ведущий. И говорят даже не мылся.
Кинокритик. Да, и не стирал одежды, от него извиняюсь неприятно пахло.
Сценарист нюхает свой свитер, раздевается до гола. Входит Журналистка.
Журналистка. Вы сошли с ума.
Сценарист. Я хочу вас унизить.
Журналистка. Я не желаю этого видеть.
Убегает.
По радио звучит голос Кинокритика. Кроме эпатажного выкрикивания «Я» автора мы ничего не находим в его фильме.
В общественном туалете на двери кабинки Поэт пишет маркером:
Когда я устал от близких
то закрылся в туалете и остался один.
Так я узнал 1-е одиночество.
Когда близкие покинули меня
и мне захотелось с кемто поговорить,
неожиданно выяснилось, что говорить не с кем.
Так я узнал 2-е одиночество.
Ища собеседника
я был рад каждому кто уделял мне внимание.
Таких оказалось немало но среди них я был одинок.
Так я узнал 3-е одиночество.
Выбирая между лицемерной иллюзией общения и искренним молчанием
я выбрал последнее.
Так я узнал 4-е одиночество.
В радиостудии сидит Ведущая Ночного Эфира.
Ведущая. Напоминаю вы слушаете радио. Вчера возвращаясь с работы я заметила, что все прохожие идут мне на встречу и пришла к выводу, что ухожу оттуда, куда все идут, все надо мной смеялись и мне показалось, что за их смехом прячется ненависть. Возможно они ненавидели себя за то, что идут куда нужно, а я туда, куда мне захочется, по одному проспекту мы шли в ногу но в противоположные стороны. Для тех кто жалеет что был на волне этой радиостанции, звучит песенка «Анжэл».
«Ангел»
перевод с английского:
В день Ангела
решил я сделать себе подарок,
не принимать подарки и поздравления
Ангел мой
не позволь мне быть вруном в этот день. 4-е раза
В день Ангела
всё что казалось мне значимым
окажется пустяками
а пустяки окажутся тем чему стоило предавать значение
Ангел мой
научи меня радоваться поражению моему в этот день. 4-е раза
В день Ангела,
я повстречаю много детей и пойму что повзрослел
а не встретив взрослых пойму что стал постаревшим ребёнком
Ангел мой
разреши мне видеть только хорошее в этот день». 4-е раза.
В зрительном зале Студентка расстёгивает штаны Дизайнеру Концептуалисту. Дизайнер кладет ветровку на колени.
Студентка. За что тебя все так любят?
Дизайнер Концептуалист. Если бы ты не спросила возможно я никогда бы и не понял этого. (Читает с интонацией.)
Прожил не замечая, относясь как к должному,
жалуясь на одиночество, людям меня любящим.
Студентка. Чьи это стихи?
Дизайнер Концептуалист. Не чьи, они просто есть сами по себе их только нужно уметь услышать.
На сцене Ангел влетает в окно.
Ангел. (восторженно) Только что спас Девушку.
Бармен. Совесть не мучает?
Ангел. (смывая кровь) С к акой стати, это смысл моей жизни и осознаю я что живу исключительно когда помогаю людям.
Свет гаснет на экране появляется изображение Девушки и Ангела без крыльев.
Девушка. Я хочу покончить жизнь самоубийством.
Ангел. Не стану тебя отговаривать. Разреши разве что заглянуть тебе в глаза. Мне интересно увидеть глаза которые через мгновение увидят смерть.
Девушка. Зачем тебе это?
Ангел. Наверное ты решишь что это ерунда, но чем ближе я подхожу к смерти тем больше мне хочется благодарить живых за подслащение моего пребывания их жизнью.
За кулисами стоят Бас-гитарист и Шоумен.
Шоумен. Меня перестают понимать зрители а я их.
Бас-гитарист. Зачем ты играл с детьми в прятки? Теперь эти дети всю жизнь будут искать подобную лёгкость времяпрепровождения и не находить её.
Шоумен. (с напускной важностью) Жизнь наша как мозаика мы не способны видеть её целиком, а лишь выхватываем фрагменты по которым нельзя судить о всей фреске. То что ты называешь прятками это запланированный подбор допустим чёрного, серого и белого цвета он всегда на том месте был и останется там забавным дурачеством двух детей и взрослого человека.
Бас-гитарист. Потом не находя забавных дурачеств дети режут себе вены.
Повстречался А с Бэ и насрал ему в голову. Бэ улыбается. Насцал Бэ А в голову. А радуется. Подходит Вэ и держится за голову. А с Бэ писяются и какаются, а Вэ держится за голову. Оторвали А с Бэ руки Вэ от его головы, а оттуда вылетело три мухи.
Первая муха рассказала такую историю:
Поэт закончил рисовать не стене подъезда стих и отошёл, чтобы рассмотреть его на расстоянии.
Поэт. Без серого цвета лицо лучше получилось.
Вторая муха рассказала такую историю:
Пресс-конференция.
Корреспондент «Санди Таймс Мэгэзин». Ваши мысли о случайностях.
Искусствовед. Когда зайдя в парикмахерскую я встретил красивую женщину (я не часто стригусь) мне показалось, что это случайность, но представления о красоте я взращиваю в себе на протяжении жизни и они, в зависимости от круга общения, возраста, социального положения меняются, взрослеют и деградируют вместе со мной. Общество бесспорно повлияло на мои представления о красоте. Так же как оно повлияло на представления о красоте женщины которую я встретил, она была закономерной материализацией навязанных мне желаний и может быть я её увидел только для того, чтобы это понять.
Третья муха рассказала такую историю:
Желания покинули меня, хочется хотеть хотя бы проснуться. Писатель ночью выходит за сигаретами. Застывшая картина:
Писатель. Я переходил улицу которую переходил не однократно в одно и то же время на протяжении многих лет и увидел выезжающего из-за маршрутного такси Мотоциклиста. Если бы я сделал шаг вперёд, мы вместе разбились. Если бы стоял или бежал обратно меня сбило бы маршрутное такси, в эту минуту в моей голове было только одно:
На лестничной клетке стоят Девушка и Герой.
Герой. Я провёл эту неделю с другом. (Девушка разворачивается и уходит.) Хочешь убежать от ситуации, в коротой некрасиво выглядишь? (Перегнувшись через перила кричит Девушке) Ты выглядишь прекрасно.
На почте сортируя письма Служащая находит адресованное Ангелу письмо без обратного адреса. Читает:
«Я расскажу тебе самую добрую сказку. Где никогда не бывает никак. Где всегда есть куда пойти, с кем поговорить и о чём. Где все жили недолго и счастливо, а у меня была своя квартира. Нет дом, огромный дом, в нём все окна смотрели бы внутрь, во двор. Наши гости всегда приходили и уходили вовремя. А в городе, где мы жили надо мной никто не смеялся и никто меня не бил. Под стеклянной крышей росла бы конопля. Мы выносили стол, кресла, ели сладкое, слушали сербских цыган, было бы хорошо и плохо. Все себя реализовали. Никто не кололся бы. Чубик стал "панцер-фатером", Чекист ушёл в Норвегию, Ирина написала оперы, Никиш не умер и пел. Мы все вместе встречали бы Рождество в Каире, а у подножия Мачу Пикчу в октябре завтракали. У меня была бы большая коллекция насекомых, на несколько залов. Я садился в качалку и раскачиваясь между стендами высыпал коноплю. Ты нежнокрылая принесла бы горячий шоколад (не обижайся, мне очень хочется шоколад), снисходительно глянув на мою лысину, жуков,улыбнулась. Мы бы знали как нужно и никто в моей сказке никогда не бросался бы под машину, не тонул в ванной, не резал вены, не травился, не дошёл до безумия. Остановился, у пограничной полосы. Там ИХ мир. Мы ездили бы в бронированных автобусах в ИХ города, фотографировали и бросали карамельки человечьим детям. У НИХ свои радости. Дома я поставил бы пятидесятисантиметровую платиновую скульптуру пятимесячного зародыша, посадив на штырь таким образом, чтобы казалось будто зародыш висит в воздухе, а в саду золотую собаку роющуюся в золотом мусорном ведре в натуральную величину. Мы никогда бы не узнали что произошло на самом деле. Не перестали восхищаться книгами, выставками, концертами, фильмами, друзьями, поступками. Просыпались, и хотелось бы жить. Умерли быстро, безболезненно и вместе. Нас положили бы в лодочку, в платьях из перьев, я взял с собой ненаписанную книгу писателя, четвертушку конопли и термос с компотом из вишен. Все танцевали бы, веселились, а мы улетели на планету «Идиотов» Это далеко».
