Реклама полностью отключится, после прочтения нескольких страниц!
27. На третий год после этого315, когда во главе апостольского престола стоял Сергий II, которым был коронован император Людовик316, огромное сарацинское войско, на судах приплыв из Африки к Риму, дочиста разграбило церкви святых апостолов Петра и Павла и, убив там очень многих, отправилось дальше по Аппие-вой дороге и прибыло к городу Фонди317. Когда они взяли его, и сожгли, [и предали всех его жителей отчасти плену, отчасти мечу]*, и опустошили также всё вокруг, то высадились возле Гаэты318 и расположились лагерем. [Из Сполето против них выслали]* войско франков, но оно было постыдно разбито и бежало. Сарацины, упорно преследуя их, наконец расположились по соседству с нашим монастырём по ту сторону реки, что зовётся Карнелл; предав огню церковь святого апостола Андрея319 и добравшись наконец до кельи святого Аполлинария в месте, что зовётся Альбиан, они тут же вознамерились изо всех сил спешить к этому монастырю, о котором слышали по уже давно ходившим слухам и который сами видели с того места своими глазами. Но, поскольку поздний час задержал их в этот день, они разбивают там палатки, уверенные в будущем в том, что, спешно отправившись туда на другой день, они разрушат весь монастырь, расхитят всё, что будет найдено, и предадут мечу всех, кто там проживает. Во всём небе тогда не было ни единого облачка, и названная река настолько пересохла, что любой мог перейти её пешком. Итак, когда ушей братьев достигла такого рода весть и они увидели, что им угрожает столь внезапная и столь ужасающая смерть, то все, охваченные сильным страхом, с босыми ногами и, посыпав голову пеплом, тут же собираются с литаниями у блаженного Бенедикта, умоляя милость Божью соизволить милосердно принять их души, чьи тела Он своим приговором решил предать столь внезапной смерти. Итак, в то время как братья всю эту ночь предавались бдениям и молитвам, святой памяти Аполлинарий, о котором мы говорили выше, явившись в видении достопочтеннейшему аббату Бассацию, сказал: «Что это вы, брат, так тревожитесь, и почему души ваши пребывают в таком страхе и смятении?». А Бассаций ему и говорит: «Это, отец, из-за смерти всех нас, которую мы видим перед глазами, а также из-за опустошения этого святого места, которое мы вот-вот ожидаем». «Ничего более не бойтесь, - сказал Аполлинарий, - и изгоните из души всякий страх и беспокойство. Ибо отец ваш Бенедикт добился у Господа избавления. Знайте, что он вместе с нами уже пришёл к вам на помощь. Совершайте только ваши обеты и моления Господу, что также и мы делаем вместе с вами на виду у Господа; и будьте уверены, что никакая ярость сарацин не сможет причинить ныне вреда ни вам, ни этому месту, [но, обузданные Божьим запрещением, они поспешат как можно скорее вернуться домой]*»320. Когдa аббат, проснувшись, рассказал всё это братьям, все они, пав ниц, со слезами, зыданиями и громкими криками начали воздавать Богу похвалы и благодарения и благословлять его радостными возгласами, ибо через посредничество блаженного Бенедикта ему таким образом угодно было избавить их от угрожающей опасности; и весь остаток ночи они постарались провести в хвалебных гимнах и прославлении бога321. Праведен во всех путях своих и благ во всех делах своих Господь322, который соизволил дать обещание праведнику, говоря: «Призови меня в день скорби твоей; я избавлю тебя, и ты прославишь меня»323. [Также святейший отец Бенедикт, весьма кстати вспомнив, исполнил ныне то, что обещал при жизни своим ученикам. «Я и сложив бремя плоти, - говорил он, - буду с вами, сыны, и по милости Божьей стану зашим усердным помощником и соратником».]* И вот[, спустя малое время]*, около утренней службы, небо, на котором, как мы говорили, до этого времени не было ни облачка, внезапно покрылось плотными и чёрными тучами, засверкали молнии, загремели громы и разразился такой сильный ливень, что вышеназванная река, выйдя из берегов, широко разлилась повсюду. Итак, сарацины, поднявшись утром, спешат к берегу реки и видят издали, что если вчера они, как мы говорили, могли переправиться пешком, то теперь им вряд ли удастся добраться до самого берега. И они начали весьма тщательно выискивать, где бы им найти какую-нибудь лодку, чтобы на ней переправиться через реку. Но, когда они увидели, что лишены всякой надежды на переправу и гарантий всего того, что тогда, как они полагали, сильно их обременяло, то отправились назад с пустыми руками, шумно негодуя и скрежеща зубами, как люди варварского и дикого нрава, и от ярости начали даже грызть себе пальцы и руки. Итак, предав огню известные [своими] именами кельи монастыря святых мучеников Георгия325 и Стефана326, они через двух львов вернулись в свой лагерь в Гаэте. Через несколько дней, когда они решили возвращаться домой, они327 отпускают всех своих ослабевших и утомлённых коней и, сев на корабли, отправляются в путь по направлению к Африке. Когда они были уже так близко к отчизне, что видели ближайшие горы и стали по морскому обычаю хлопать в ладоши и поздравлять друг друга, то внезапно увидели меж своих [судов] одну лодочку, снующую туда и сюда, в которой были видны всего два человека, из которых один имел вид убелённого сединой клирика, а второй был облачён в монашеское одеяние. Они внимательно осведомились у [сарацин], откуда они возвращаются столь весёлые и что делали в тех землях, куда ездили328, и те признались, что возвращаются из Италии и из Рима и что совершили там многочисленные убийства, грабежи и поджоги. «Мы, - говорили они, - опустошили церкви Петра и Павла, а у монастыря Бенедикта, который должны были разграбить, поскольку не смогли перейти через реку [Лирис]*, сожгли его келью, расположенную по эту сторону реки». Когда и они, в свою очередь, спросили у [старцев], кто они такие, то получили от тех такого рода ответ: «Мы - те, чьи дома вы разграбили и сожгли, как изо всех сил похваляетесь. А о том, кем мы являемся, вы очень скоро узнаете». С этими словами они внезапно исчезли. И вот, внезапно поднялась страшная буря, и начался столь сильный шторм, что заставил потонуть все их суда, отчасти столкнув их между собой, отчасти бросив на скалы и рифы, так что лишь немногие уцелели, благодаря которым всё это стало известно другим людям. Таким образом апостол Пётр отомстил за нанесённые ему обиды. Таким образом отец Бенедикт спас свой монастырь. В последующее время святейший Лев IV, сделавшись папой, чтобы никогда больше не могло случится подобного, построил вокруг церкви блаженного Петра крепость значительного диаметра с прочнейшими стенами, а именно, ту, которая по сей день зовётся по имени своего создателя городом Леониной329.
28. В это же время Массар, сарацинский предводитель, оставаясь в Беневенте в помощь названному Радельгизу и ни во что ставя беневентцев, притеснял их, как только мог, и опустошил также монастырь Пресвятой Марии в Цингле. Он взял крепость святого Вита330, посредством жажды заставил сдаться старинный город Телезию и опустошил всё в округе. Однажды, в то время как он проезжал мимо монастыря блаженного Бенедикта, Бог настолько переменил его варварский образ мыслей, что, когда его собака схватила на монастырском лугу одного гуся, он лично бросился на неё с плетью и вырвал его из её пасти. Придя же к воротам монастыря, он немедленно распорядился их закрыть, а именно, чтобы никто из его людей, войдя туда, не учинил там какого-либо насилия. Пройдя таким образом через Аквин и Арче и опустошив всё остальное в округе, он возвратился в Беневент. В это же время, когда шёл 847 год от воплощения Господнего, по всему беневентскому краю случилось столь сильное землетрясение, что Изерния почти вся обрушилась до основания; там погибло много народа и наряду с прочими также их епископ. В монастыре святого Винцентия землетрясение также разрушило множество домов, но на этой горе благодаря заслугам блаженнейшего Бенедикта ни один камень не сдвинулся со своего места.
29. В это же время, после смерти уже названного Лотаря331, королевство франков разделилось на пять частей; ибо, как мы говорили выше, его родные братья Людовик и Карл правили Баварией и Аквитанией. Его перворожденный сын по имени Людовик332 получил Италию. Второй - Лотарь333 - овладел Ахеном. А третий - Карл (Carlettus)334 - получил Саксонию335. Итак, этому Людовику, ещё очень юному, через достопочтенного аббата Бассация было подано от угнетённых разными бедами лангобардов смиренное прошение336, чтобы он соизволил прийти в эти земли, избавил их от разорения нечестивых сарацин и положил конец их невыносимым страданиям337. [И они этого добились.]* Итак338, придя к Беневенту [и осадив его со всех сторон]*, Людовик был [наконец]* весьма почтительно принят Радельгизом и беневентцами, и ему были переданы все сарацины, которых он в канун святой Троицы339 велел всех вывести за город и тут же перерезать; среди прочих был покаран смертью также их предводитель Массар340.341 Вскоре, созвав всех лангобардов, этот император поровну разделил между Радельгизом и Сиконольфом всю Бене-вентскую провинцию в 851 году Господнем. Так, спустя малое количество дней, он благополучно вернулся домой342. Наконец названные князья Радельгиз и Сико-нольф, единодушно утвердив между собой договор о разделе княжества, решили, что наш монастырь и монастырь святого Винцентия должны находиться за пределами [их] уделов, заявив: «Эти монастыри нам не принадлежат, ибо поставлены под опеку и иммунитет господ императоров Лотаря и Людовика».
30. Между тем, поскольку сарацины, которые проживали в Бари, силились опустошать Апулию, Калабрию и всю Беневентскую провинцию, аббат Бассаций вместе с Иаковом, аббатом святого Винцентия, по просьбе вельмож родного края пришёл во Францию и побудил названного Людовика вновь прийти в эти земли. Когда тот пришёл343, то сразу же направился к Бари и в течение нескольких дней сражался с сарацинами с переменным успехом; видя, однако же, что ничего не добьётся из-за коварства и происков капуанцев, он, изгнав из Салерно сына Си-конольфа344 и пожаловав княжество Адемарию345, возвратился домой346.
31. В эти времена, поскольку Капуя, она же Сикополь, а именно тот [город], который около пятнадцати лет назад был построен на горе под названием Трифлиск347, из-за постыдных деяний [своих] жителей неоднократно сжигалась огнём, граф Ландо348 и епископ Ландульф349, посовещавшись с остальными своими приближёнными, в 856 году Господнем построили у Казилинского моста, как он и сегодня известен, [новый город], ещё более красивый и достойный350. Названный аббат Бассаций умер спустя малое время, а именно 17 апреля351, и был весьма достойно погребён возле церкви святого Бенедикта, в ризнице братьев.
Усердие его в церковных делах и наверху, и внизу было весьма велико, и он возобновил все алтари [внизу]* в церкви Господа Спасителя.
32. По-видимому, не будет лишним рассказать в этом месте об обычае, который в то время соблюдался в этом монастыре в Пасхальные дни. Во вторник после Пасхи, ранним утром, все братья как из того монастыря, что внизу352, так и из того, что наверху353, облачённые в священные одежды, взяв золотые кресты для крестного хода, кадила и подсвечники, а также тексты евангелий, дарохранительницы, различные украшения и церковные сокровища, выступали крестным ходом; в то время как эти спускались, а те подымались, обе колонны соединялись у города святого Петра354, возле этой церкви. Тогда те, которые пришли снизу, начинали респонсорий: «Благословен тот, кто пришёл во имя Господне», а прибывшие сверху также подхватывали его. По окончании [респонсория] священник совершал молитву. Затем все, которые пришли снизу, подходя по одному и в установленном порядке, приветствовали и целовали как господина аббата, так и прочих старейших [братьев] сверху. После этого, начав литании, все разом входили в церковь святого Петра и, вновь совершив моление, исполняли третью молитву, а затем мессу «Придите, благословенные отца моего» со смешанным пением, а именно, на греческом и на латыни, вплоть до чтения евангелия. Итак, оставив священника со служителями для завершения мессы, все прочие уходили и, продолжая петь и читать псалмы, шли вниз, и уже возле монастыря, у самой рыночной площади, начав литании, входили в церковь Господа Спасителя. По их окончании они, подняв руки и облачившись в праздничные одежды, все по порядку шли в атрий к алтарю блаженного архангела Михаила и, остановившись там, ожидали аббата. Когда тот приходил в окружении различных и многочисленных служителей, все тут же по данному сигналу торжественно шли дальше со всеми вышеуказанными украшениями и, войдя в церковь, начинали петь мессу этого дня; исполнив её и произнеся шестую молитву, они шли в трапезную с пением: «Тебя, Бога, славим», всячески воздавая хвалу Богу, который избавил их от всех напастей и в целости сохранил монастырь вместе с его насельниками. Совершив молитву, они, уходя, снимали с себя праздничные одеяния и таким образом возвращались обратно, чтобы поесть. И в этот день, конечно, старший настоятель предоставлял всем [обильный] завтрак. Подкрепив силы, братья, которые пришли сверху, попрощавшись с аббатом и прочими братьями, с благословением возвращались обратно. Был также обычай, чтобы 31 августа в этом месте проводилось собрание с участием настоятелей всех монахов этого монастыря в округе, чтобы получить от аббата наставления, что им следует делать, чего остерегаться, что исправлять и как жить в страхе Божьем и при соблюдении устава. А на следующий день их рукополагали, назначали и распределяли по послушничествам в отдельных провинциях, как было положено.
Бертарий355, 19-й аббат, пребывал в должности 27 лет и 7 месяцев. Он жил во времена римских понтификов Николая, о котором говорилось выше, Адриана356 и Иоанна VIII357, от которого получил358 грамоту о всякого рода свободах для этого монастыря.
33. Он был учеником своего предшественника Бассация, трудолюбию которого также подражал во всём и особенно в церковных науках. Так, он украсил золотом и драгоценными камнями книгу евангелий, изготовил немалых размеров золотую чашу и завершил много других церковных украшений как наверху, так и внизу. Будучи весьма начитан, он сочинил несколько трактатов и речей, а также ряд стихов во славу святых. У нас имеется также его Антикименон о многочисленных вопросах как Ветхого, так и Нового заветов, несколько книг об искусстве грамматики, два медицинских кодекса, собранные отовсюду во всяком случае благодаря его усердию, о многочисленной пользе лекарственных средств, а также многочисленные стихи, написанные с удивительным красноречием, к августе Ангельберге359 и другим его друзьям. Итак, помня об опасности со стороны сарацин, которая недавно, при его предшественнике, едва не случилась с этим местом, если бы Бог милосердно не спас его, он весь монастырь, что был наверху, укрепил наподобие крепости и со всех сторон обнёс прочнейшими стенами и башнями. Он начал также строить город360 у подножия этой горы, возле монастыря Господа Спасителя. Именно в это время, когда строились вышеназванные стены Евлогименополиса, то есть города Бенедикта, некий муж, который из-за сильного недуга вот уже семь лет как потерял дар речи, так что совершенно не мог произнести ни единого слова, подвизался среди прочих в совершении этого труда. Итак, в то время как однажды ночью братья в церкви воздавали обычные похвалы Господу, этот немой, расположившись у основания одной колонны этой церкви, заснул. Вскоре ему во сне явился блаженный Бенедикт и, ласково ткнув его в голову посохом, который нёс, сказал: «Неужели ты пришёл сюда спать? Сейчас же вставай и трижды сплюнь наземь». Когда тот, проснувшись, сделал это, то сразу же громким голосом начал воздавать благодарность Богу и блаженнейшему отцу Бенедикту, благодаря которому заслужил вновь обрести прежний дар речи. Увидев и узнав, как это с ним произошло, все благословили Господа, а также его слугу Бенедикта.
В эти дни, когда умер Лупоальд, епископ Теанской церкви, Иларий, дьякон и монах этого монастыря, был поставлен епископом в этом городе.
34. В это же время некий Мавр из пределов Либурии, богатый муж, пожертвовал в этот монастырь в руки настоятеля Ангелария361 себя самого вместе с двумя частями всего своего движимого и недвижимого имущества в месте, что зовётся у Филик-са362; ибо третью часть он пожаловал единственному своему сыну. Агельмунд, житель Телезии, также пожертвовал себя Богу и блаженному Бенедикту в этом месте со всем своим имуществом как в самой Телезии, так и в разных местах, кроме двух усадеб, которые он передал своей дочери - монахине, и ещё одной усадьбы с несколькими рабами, которую он уступил церкви святого Домнина в Телезии и которая была кельей этой обители. Также некий муж по имени Майо из Театинского графства363 пожертвовал нашему монастырю свой двор под названием Фара Майо со всем, что к нему относилось, - а этот двор в то время включал в себя 5800 модиев земли, - и ещё один двор под названием Маллие364 с церковью святого Петра и со всем, что к нему относилось. Точно так же некий Стефан, родом капуанец, пожертвовал в это святое место восемь дворов по разным округам с рабами и рабынями, с колонами, принадлежавшими этим дворам, и со всем, что к ним относилось. Из них первый называется Юнциан; второй - Клабазан; третий - Деказан 365; четвёртый - Атдур на горе Марсико366 со всей своей округой возле двора под названием Кампумутули; пятый называется у Казале там же на горе Марсико; шестой - у Ди-рипата, в пределах Канции; седьмой - у Патрикана; а восьмой называется у Розелле, точно так же в Канции. Но и Теодорих, некий капуанец, сделал своё пожертвование в этот монастырь в виде луга в Патенарии, в месте, что зовётся Спигиан367. Аббат сдал в аренду графу Гвидо368 [церковь] святого Ангела в Варриано369 и [церковь] святого Потита370 вместе со всем, что относилось к этим церквям, а именно, с землёй в 950 модиев, за которые он получил 500 солидов единовременно и ежегодно получал в качестве ценза семь манкузов. Он уступил также Свабилу, гастальду Марсики, в личное пользование и только на время его жизни церковь святого Козьмы в Цивителле371 вместе с колонами, рабами и рабынями, со всем имуществом и всем, что к ней относилось, и с двумя другими церквями, принадлежавшими названной церкви, то есть святой Марии в Эллерето372 и святого Левкия в Моско-зи373, вместе с рабами, рабынями и всем, что к ним относилось, а также церкви: святого Бенедикта в Оретино374, святого Викторина в Челано375 и святого Абундия в Арке376 возле Фуцинского озера, также со всем имуществом и всем, что к ним относилось, и получил от него за всё это 30 фунтов единовременно, и ежегодно получал в качестве ценза четыре фунта в месяце сентябре. Сын этого Свабила Родеперт, житель Беневента, пожертвовал в этот монастырь из своего имущества дворы числом 16 со всем, что к ним относилось, и один новый дом внутри города Беневента с двором и своими постройками. В эти же дни некий Лев вместе со своей женой Гвил-лероной пожертвовали блаженному Бенедикту из своего имущества один двор в Канозе и ещё один в Сан-Валентино, а также грамоту на Романское озеро377 с правом рыбной ловли на нём и со всем, что относилось к этим дворам.