Севиль

Эльвира уже в семь лет восстала против обычая одеваться одинаково и всячески подчеркивала свою индивидуальность. А уверенность в том, что сестра должна исчезнуть и Эльвира останется, наконец, одна, без глупой копии, которая оскорбляла ее своим существованием, пришла давно, еще при жизни их легендарного деда. Им было лет по шесть, когда Севиль заболела ветрянкой. Дед забрал Эльвиру к себе и отвлекал беспокойную шалунью героическими рассказами о войне. Дед и его брат-близнец попали на фронт безусыми юнцами за год до победы. В тот вечер дед рассказал внучке, как брат подорвался на мине и умер в муках у него на руках. «А у меня с того дня ни одной царапины, ни раны за всю жизнь. Я думаю, что удача, отпущенная при рождении нам двоим, перешла тогда ко мне, и я остался жить и за себя, и за брата», — закончил свое повествование дед. Он не узнал, как извращенно истолковала внучка его слова.

Эльвира решила тогда, что заболевшая Севиль обязательно должна умереть, и удивилась, когда сестра выздоровела. Но с тех пор она ждала, что когда-нибудь придет день, когда Севиль исчезнет и Эльвира будет пользоваться удачей и счастьем, отпущенным им двоим.