Реклама полностью отключится, после прочтения нескольких страниц!
— Давай, давай, быстрее! — кричала она. — О шеф! Мне кажется, он придет первым. Но нет! Он не смог!/.
Расстроившись, она села, посмотрев на Мейсона:
— Господи, если бы я заключила двухдолларовое пари на то, что он придет вторым, я бы выиграла.
— Сейчас сообщат результаты фотофиниша. Уже должны проявить пленку. Он был очень близок к финишу…
— Сколько времени это займет?
— Немного. Мы сейчас пойдем к выходу и услышим результаты по пути домой.
— Думаете, еще есть какой-то шанс?
— Безусловно есть, по крайней мере, шанс, что они пришли одновременно.
— Почему бы нам не подождать до конца забегов? Может быть, мы сможем…
— Ты забываешь, Делла, что для нас это бизнес, а не развлечение. Я смотрю, у тебя уже началась игровая лихорадка, ты входишь в азарт.
Они уже направились к выходу, когда Делла заметила:
— Смотрите, шеф, нас с вами уже ждут!
К ним подошел Марвин Фремон:
— Вы сказали, чтобы я обратился к адвокату. Вот… я пришел с ним.
Один из двух стоявших рядом с Фремоном мужчин вышел вперед.
— Я Баннистер Доулинг, мистер Мейсон, и представляю интересы Марвина Фремона.
— Прекрасно, вы ему понадобитесь.
— А это Морай Хобарт, из детективного агентства «Хобарт детектив».
— Вы, как я понимаю, частный детектив? — спросил Мейсон.
— Да, именно так.
— Хорошо. У меня, господа, мало времени, так что же вы хотите?
— Мы хотим получить обратно деньги сейчас же, сегодня, мистер Мейсон, — ответил Хобарт.
— У вас деньги, которые принадлежат моему клиенту, — пояснил Доулинг.
— А почему вы считаете, что эти деньги принадлежат вашему клиенту?
— Они были поставлены вчера на лошадь при заключении пари, — ответил Хобарт.
— На какую лошадь?
— Ее зовут Ду Бой.
— И на этом основании вы полагаете, что деньги принадлежат Марвину Фремону?
— Мистер Мейсон! — вмешался в разговор «Доулинг. — Нам необходимо понять друг друга. Родни Бенкс взял деньги моего клиента, чтобы поставить пари в дубле. У него были долги, и он жаждал расплатиться. Поставить пари в дубле и выиграть было для него единственным шансом. Но к этому времени мы уже за ним следили. Морай Хобарт уличил его, когда он получал деньги в кассе, где платят по пятидесятидолларовым ставкам: он выиграл, поставив на Ду Боя. Мы предположили, что этим он не ограничился, делая ставки и На других лошадей.
— Тогда как же он поступил со своими билетами?
— Передал их своему сообщнику, а тот — вам.
— И кто же был его сообщником?
— Его сестра. Ее видели у окна, где делаются стодолларовые ставки.
— Почему же вы ее не арестовали?
— Потому что она не пришла получать выигрыш. Арест брата, очевидно, ее напугал, и ей удалось от нас скрыться.
— А вы можете идентифицировать деньги, которые она поставила? — в недоумении поинтересовался Мейсон.
— Почти. Правда, у нас есть не все номера купюр.
— Все это очень интересно, мистер Хобарт, но я не улавливаю, как это касается меня?
— Если именно эти деньги были украдены, то, как вы понимаете, Бенксу они не принадлежат; ну а если они не его, то любые выигранные на них новые суммы становятся, естественно, собственностью моего клиента. Другими словами, он не имеет права на эти деньги, он лишь физически ими обладает, присвоив их себе.
— Очень интересная ситуация! Хочу окончательно убедиться, что правильно понял вас: Бенкс был растратчиком?
— Да.
— Но выигранные им деньги покрывали его долги?
— Полагаю, что не открою большой тайны, если скажу, что общая сумма выигрыша во много раз превосходит первоначальную ставку.
— Но ведь Бенкс теперь в тюрьме?
— Он арестован по обвинению в растрате. Суд назначил залог в пять тысяч долларов, при внесении которого заключенного под стражу могут выпустить на поруки. Но Бенкс не смог собрать эту сумму.
— Как я понял, мистер Хобарт, растраченная сумма была меньше пяти тысяч долларов?
— Да, это так.
— Между тем у вас не появилось намерения позволить ему возместить убытки?
— Конечно нет. Это будет рассматриваться как уголовное преступление, ведь мой клиент предъявляет ему обвинение в растрате.
— И одновременно желает получить выигранные деньги?
— Конечно, это ведь деньги моего клиента.
— Да, весьма любопытная теория. Но, извините, я не могу разделить подобную точку зрения.
— По крайней мере, мистер Мейсон, объясните нам, как к вам попали эти билеты, — попросил молчавший до сего времени адвокат Доулинг.
Мейсон рассмеялся.
— Мне бы хотелось, чтобы вы правильно поняли нас, — продолжал Доулинг. — Мы собираемся быть с вами корректными и соблюсти справедливость Как профессионал профессионалу скажу: мне бы хотелось, чтобы мы сотрудничали. Если исходить из того, что я только что вам сообщил, считайте, что вы получили официальное уведомление о сложившейся ситуации и в определенных обстоятельствах можете быть квалифицированы судом как соучастник преступления или укрыватель растратчика.
— Ну, благодарю. Надеюсь, мне не нужно напоминать вам, что я не хуже вашего знаю законы. У меня в офисе горы книг по юриспруденции, и я всегда в состоянии заглянуть в них, если в чем-то сомневаюсь, — ответил Мейсон.
— Хорошо. Тогда пойдите и уточните в своих книгах, при каких обстоятельствах человек делается соучастником преступления, и не слишком тешьте себя надеждой, что ваша профессия даст вам право уйти от обвинения в пособничестве растратчику, — раздраженно проговорил Доулинг.
— Со своей стороны я посоветовал бы вашему клиенту пригласить адвоката, так как ему придется отвечать за клеветнические заявления, сделанные в присутствии свидетелей: он назвал меня стряпчим, занимающимся сомнительными делами, и нечестным адвокатом.
Доулинг посмотрел на Фремона.
— Это ложь, абсолютная ложь! — заверещал Фре-мон. — Я говорил об адвокатах вообще, а не о нем.
— Значит, в том числе и о мистере Доулинге? — заметил Мейсон.
— Не давайте ему загонять вас в ловушку. — Друлинг жестом остановил Фремона. — Больше ни слова! Немедленно заткнитесь, вы уже сказали достаточно!
— Даже больше чем достаточно, — ухмыльнулся Мейсон.
— Так у вас есть свидетели? — удивленно посмотрел на Мейсона Доулинг.
— Да, мой секретарь, Делла Стрит, и офицер полиции по фамилии Сидней Бёрдетт.
— Его секретарь! — закричал в раздражении Фре-мон. — Да она подтвердит все, что он прикажет!..
— Заткнитесь же вы наконец! — рассвирепел окончательно Доулинг.
— Зачем же так? Дайте ему поговорить, может, мой секретарь тоже возбудит против него дело о клевете.
— Полагаю, мы продолжим эту дискуссию в отсутствие моего клиента, — сказал Доулинг.
— Вам ее придется продолжить и в моем отсутствии, — ответил Мейсон. Мы просто ждем…
В этот момент замигала лампочка на табло и голос в громкоговорителе объявил:
— Результаты фотофиниша показали, что в забеге первым пришел Каунтерфейт Кеш. Второе место разделили две лошади, Биггер и Беттер. Третье место занял Хот Хэд.
Мейсон повернулся к Делле:
— Давай получим деньги на наши билеты, Делла, и уйдем наконец отсюда.
— Эй, одну минуточку! — закричал Фремон. — Так что же это у вас там за система?
— Очень простая система и действует абсолютно безотказно, — насмешливо ответил Мейсон.
— В чем же она состоит? — в глазах Фремона светился неподдельный интерес.
— Может, вы наконец дадите мне возможность говорить? — разозлился Доулинг.
Мейсон улыбнулся адвокату.
— Я как раз собирался ответить на вопрос вашего клиента, но поскольку вы предпочитаете, чтобы я не разговаривал с ним, а он — со мной, то будет лучше придерживаться этой тактики поведения. Пошли, Делла.
— Эй, подождите минутку! — закричал Фремон. — Он не имел в виду, что нельзя говорить о скачках. Он имел в виду, что нельзя говорить… о чем я сказал… я имею в виду, то, что я сказал… что…
— Да замолчите же вы!
Мейсон взял Деллу под руку, и они пошли к окну кассира. Девушка слегка сжала руку Мейсона, направив к другому окну:
— Нам сюда, шеф.
— Нет, сюда, посмотри на свой билет.
— Десятидолларовый билет? Почему? Вы мне по ошибке дали свой?
— Да нет, у меня такой же. Мы же создали безотказную систему, и я решил ею воспользоваться. Мне не хотелось, чтобы ты поставила десять долларов на лошадь, которая должна проиграть, и только два доллара — на победителя.
— Но почему, шеф, ставки…
— Делла… мы выиграли! Сейчас увидим, сколько.
Мейсон протянул в окно билеты и получил сто шестьдесят долларов на каждый.
— Ну, видишь, не так уж плохо для одного заезда.
За спиной они услышали голос Фремона:
— Послушайте, мистер Мейсон, зачем нам спорить и ругаться?.. Мы можем стать друзьями… Мне бы все-таки очень хотелось знать, как вы выбираете лошадей?
— Я же сказал — по своей безотказной системе. Но я обещал администрации ипподрома никому, кроме близких друзей, о ней не рассказывать, а вы вряд ли можете считаться моим приятелем. Пошли, Делла.
И Мейсон с Деллой пошли к стоянке машин.
— Сделай вид, что разговариваешь со мной, а сама повернись и краешком глаза посмотри, идут ли они за нами.
Взяв шефа под руку и широко улыбаясь, Делла все сделала, как он ее просил.
— Похоже, нас преследует детектив, — не оборачиваясь, проговорила девушка.
— Ну что же, сейчас мы им устроим веселенькую гонку.
Они сели в машину. Вначале Мейсон поехал на небольшой скорости, потом, влившись в уличный поток, погнал что было мочи, время от времени поглядывая в зеркало заднего вида. Он проскочил на желтый свет, прямо перед тем как его переключили на красный, повернул налево, потом направо, затем опять налево, развернулся на сто восемьдесят градусов и въехал в зеленый жилой район.
— Оглянись, Делла, кто-то еще едет за нами?
— Как будто пусто, все кругом спокойно. Думаете, они будут нас искать?
— Не исключено. Может, даже пошлют своих людей понаблюдать за твоей квартирой и моей конторой. Но если они не проследили нас до этого района, то найти, где я живу, им будет трудновато.
— И что же нам теперь делать?
— Прежде всего не будем делать того, что от нас ждут: не поедем ни в контору, ни к тебе домой.
— Но ведь у вас при себе, шеф, такая сумма денег!
— И пистолет тоже, — мрачно пошутил Мейсон. — Когда адвокат приглашает свою секретаршу в субботу на скачки и подсказывает, на кого ей поставить в дубле, и она при этом выигрывает сто шестьдесят долларов, такое событие просто грех не отметить. Думаю, нам не помешает сочный кусок мяса средней прожаренности, кипящий в горячем масле лук по-французски, немного шампанского и, конечно, танцы…
— Безусловно, как всегда, вы правы, шеф. Ну, а как мы поступим с нашей клиенткой?
— Она сейчас безуспешно пытается с нами связаться. Надо позвонить в агентство Полу Дрейку. К тому времени, как нам подадут ужин, мы, возможно, уже будем избавлены от так называемой наличности.
— Думаете, она захочет получить деньги наличными, а не чеком?
— Безусловно, поэтому мы должны держать деньги при себе.
— Но теперь, когда известно, что деньги были украдены, чем это может для нас обернуться?
— Ты же знаешь, мне лишь сообщили, что человек по имени Родни Бенкс обвинен в растрате. Я должен исходить из того, что он не виновен, пока не будет доказано обратное. Я же лично такого не знаю, и никто не утверждает, что моя клиентка, Одри Бикнел, что-либо растратила. Поэтому, мисс Делла, забудем пока обо всем этом.
— А разве чемоданчик со всеми этими деньгами вам ни о чем таком не напоминает?
— В настоящее время я собираюсь содержимое чемодана переложить в специальный пояс для денег. Это можно считать ответом на твой вопрос?
— Конечно! И все же, что подумает наша клиентка? Почему она так стремится получить деньги наличными и что она собирается с ними делать?
— Делла, наша клиентка не сочла нужным поставить нас в известность об этом.
— Но ведь и для нее рискованно иметь такую сумму при себе…
— Похоже, ее подстерегают и другие опасности. Мы позвоним Полу Дрейку, а там посмотрим, что предпринять дальше.
Из телефонной будки Мейсон позвонил Дрейку.
— Пол, это Перри. Мне кто-нибудь звонил?
— Ты смеешься? Телефон звонит непрестанно. Открой мне секрет, чем ты так привлекаешь женщин?
— Что ты имеешь в виду?
— Обольстительный женский голос, принадлежащий Одри Бикнел, спрашивал тебя четыре раза за последний час, интересовался, будешь ли ты мне звонить, и просил оставить тебе очень важное сообщение.
— Что же этот голос просил передать?
— Просил тебя позвонить в мотель «Фолей» и спросить мисс Ненси Бенкс.
— Когда позвонить?
— Похоже, Одри Бикнел, судя по нетерпению в ее голосе, ждет твоего звонка как можно скорее.
— Хорошо, сейчас позвоню, прямо из этой телефонной будки.
— Звони; мне показалось, Перри, что это очень важно.
— Хорошо, а попозже перезвоню тебе.
Повесив трубку, Мейсон тут же набрал номер мотеля «Фолей» и попросил к телефону мисс Ненси Бенкс.
— Подождите, — ответили ему, — она живет в номере четырнадцатом, сейчас я позову ее.
Через минуту Мейсон услышал в трубке энергичный женский голос.
— Мистер Мейсон?
— Говорите.
— Я думала, вы уже никогда не позвоните. Вы были на скачках?
— Да, был.
— Деньги получили?
— Какие деньги?
— Вы прекрасно знаете, какие деньги, мистер Мейсон. Деньги за выигрышные билеты, которые я вам передала… О Боже, я забыла, что, когда была у вас, представилась вам под другой фамилией, как Одри Бикнел.
— Это было вымышленное имя?
— Нет, не вымышленное, пожалуйста, не называйте его так, это просто мой псевдоним.
— Хорошо, мисс Ненси Бенкс, чего же вы хотите от меня?
— Мистер Мейсон, скажите, все в порядке, вы получили деньги?
— Прежде чем я вам отвечу, сначала закончите вашу мысль. Вы начали с того, что хотите, чтобы я взял деньги и…
— Да, хочу, а потом, чтобы вы пошли и внесли залог за моего брата, Родни Бенкса. Он сейчас в тюрьме по обвинению з растрате, и залог установлен в сумме пять тысяч долларов. Прошу вас, из тех денег, что вы получили от выигрыша на скачках, отложите пять тысяч, а остальные верните мне.